С другого конца города другой гонец с таким же письмом и в такую же погоду вышел в сторону Константинополя. Невзирая ни на что, он должен был дойти до столицы Византии, ибо с этого момента начался отсчёт времени по спасению этого великого города.
Б О Ж Е, С П А С И К О Н С Т А Н Т А Т И Н О П О Л Ь!
Блаженны не видевшие и уверовавшие.
Библия (Ин, 20, 29)
Солнце в Константинополе всегда восходит в Азии. Первые лучи сразу же озаряют величавые купола собора Святой Софии. Затем оно направляется в сторону Мраморного моря, нагревая своим теплом морские волны, вызывая тем самым их мраморный блеск. Закат же происходит за крепостной стеной Феодосия – в европейской части города. Такая быстрая смена Востока на Запад, происходящая в рамках одного города, дала Константинополю неповторимый колорит, где гармонично сплелись восточные и западные цивилизации.
Идеальное географическое расположение города стало залогом его бурного расцвета, которое началось со дня основания в 330 году от Рождества Христова. Находясь на пересечении торговых и морских путей, столица Византии во все времена была привлекательным городом для крупного капитала. Помимо экономического преимущества, Константинополь занимал важное военно-стратегическое положение, контролируя узкий пролив Босфор. Превосходный климат, плодородные окрестности и богатое рыбой море- всё это способствовало быстрому росту населения города.
В период наивысшего расцвета Византийской империи здесь обитало до полумиллиона горожан. Основными её жителями были греки, и потому превалировал греческий язык, затем шли евреи, арабы, армяне. Многонациональное население города постоянно ассимилировалось, в результате чего образовалась совокупная нация византийцев, говорящая по-гречески, но по образу мышления и культурой обязанная как Западу, так и Востоку.
Константинополь издавна привлекал к себе внимание купцов со всего света. Первыми здесь утвердились предприимчивые венецианцы. Они заняли самые удобные причалы в бухте Золотого Рога и построили себе дома в центральной части города. Купцам из Генуи пришлось обосноваться в Сике, в местности, расположенной на противоположном берегу бухты, где во множестве росли смоковницы. Генуэзцы здесь построили собственный порт для причаливания торговых судов и обнесли поселение крепостной стеной. Впоследствии этот генуэзский квартал именовался Галатой. Таким образом, два крупных латинских города постоянно соперничали между собой за торговое превосходство в Царьграде.
Быстрый рост города впервые в Европе создал поляризацию между его богатым центром и бедными предместьями. Византийская знать проживала в роскошных дворцах, расположенных в основном на центральных улицах, но самым огромным был Большой императорский дворец. Обнесённый высокими стенами, он представлял собой самостоятельную крепость со множеством дополнительных построек. Дворцовый комплекс располагался на восточной стороне города, непосредственно примыкая к ипподрому и к величавому собору Святой Софии.
От площади Августион начиналась центральная улица Царьграда – Меса, которая заканчивалась Золотыми воротами города, открывающимися на дорогу в Рим. Эта улица, украшенная несколькими площадями- форумами – была вечно многолюдной и шумной. В срединной её части с обеих сторон возвышались аркады. Широкая, прямая, вся вымощенная булыжником, она всегда была привлекательной для купцов, которые вели бойкую торговлю в своих магазинах и лавках.
Многонациональный говор вечно стоял над Месой. Ремесленники различных специальностей, объединённые в корпорации, жили и работали в кварталах, названия которых определяло их ремесло. Самым большим был квартал ювелиров, который располагался в центре Месы. Далее, несколько в стороне и ближе к собору Св. Софии, был квартал жестянщиков и медников, а не доходя до стены Константина, находился самый пахучий квартал, где промышляли кожемяки. Все они в условиях жёсткой конкуренции изготавливали продукцию отменного качества.
Лавки торговцев изобиловали различными шёлковыми тканями как византийского, так и сирийского производства. Шёлковый промысел был налажен в Константинополе с тех пор, как два странствующих монаха, спрятав в своих посохах куколки тутового шелкопряда, под страхом смерти смогли вывезти их из Китая в Византию. С той поры здесь начали производить отличную шёлковую ткань самых различных цветов и оттенков, кроме пурпурного, монополия на которую принадлежала только византийскому императору.
С утра торговые ряды уже были полны лавочниками. Центральная улица постепенно начинала походить на большой длинный улей, где суетились множество продавцов и покупаталей.