Халал с восторгом смотрел на молодого султана, который в столь юном возрасте обладал отличными для главы государства качествами.
– Какие именно сведения интересуют ваше величество? – спросил везирь.
– Любые, – ответил Мехмед, – но важнее всего узнать, где находится золото Византии. Когда, волею Аллаха, я наконец возьму Константинополь, то всё это золото должно в целости и сохранности перейти ко мне. Это моё основное поручение.
– Будет исполнено, ваше величество!
Выйдя из дворца, Роман увидел среди русских всадников Льва.
– Моя миссия здесь закончена, – недовольно произнёс Роман, – срочно проводи нас в таверну Сократа.
Когда они въехали на постоялый двор, их уже давно ждали.
– Рады приветствовать посланников василевса Византии! – радостно вокликнул старик Сократ.
Пока русичи устраивали своих лошадей, Роман зашёл в таверну и уселся на самом видном месте.
– Вчера здесь произошли такие события, что нам не обойтись без твоих указаний,– сказал старик и рассказал в подробностях о произошедшем.
Роман внимательно выслушал его и призадумался.
– То, что Ребекка жива, я в этом нисколько не сомневаюсь,– сказал он, обращаясь к Иосифу и Соломону, – хитрый Халал спрятал её в каком-то безопасном месте и ждёт, когда она родит ребёнка. Если родиться сын, он будет претендентом на османский престол, и тогда эта лиса-везирь будет иметь хороший козырь против молодого султана.
– Что-то меня не очень волнует, что я стану дядей османского наследника – с безразличием произнёс Иосиф,– я поклялся найти Ребекку и отомстить разбойникам.
– Вчера ты спас человека от смерти – вот, что самое важное! А Ребекку мы найдём, даю вам слово,– сказал Роман и добавил, – а с ншанджи скверно получилось. Хороший был осведомитель. Жаль такого терять.
– А мы его не теряли. Он сидит тихо в погребе. Сейчас приведём,– сказал Сократ.
Лев и Иосиф вывели связанного Аллаэтдина из подвала. Он долго щурился от дневного света, а Роман с живым интересом разглядывал того, с кем вёл переписку на протяжении многих месяцев, но впервые увидел живьём.
– Развяжите его. Никуда не сбежит. Кругом все свои,– велел Роман и вежливо пригласил ншанджи за стол.
Тот долго растирал онемевшие конечности, а затем проговорил:
– Здесь, в таверне, очень неблагодарный народ. Я не причинил никому зла. Более того, доставлял аккуратно всю переписку из дворца. И вдруг меня хватают, связывают и всю ночь держат в тёмном погребе. Я человек высокообразованный и не достоин такого обхождения.
– Ты совершенно прав, ншанджи. Но и их понять можно. Ты приходишь сюда, когда они спасают девушку из гарема, и у тебя сразу же возникает естественное желание донести об этом султану. Выходит, что ты ведёшь двойную игру, а это очень опасная затея. Сперва ты продавал информацию из дворца нам, а теперь хочешь продать нас великому везирю.
– Да что с таким возиться, – начал кипятиться Лев, хватаясь за рукоятку кинжала,– прикончу его в два счёта!
– Подожди, Лев, не надо, – остановил его Роман, всё больше втираясь в доверие к пленнику, – ты ведёшь себя, как настоящий османский варвар. Аллаэтдин- человек образованный. Он очень помог нам своими донесениями, хотя и не бесплатно.
Ншанджи с надеждой посмотрел на Романа.
– А теперь прошу всех отойти в сторонку. Нам надо с Аллаэтдином немного переговорить,– сказал Роман, чувствуя, как тот уже созрел для откровенной беседы, – вот ты говоришь, что молодой султан каждый день издаёт много указов. Расскажи поподробней о них.
Аллаэтдин понял, что Роман- его единственное спасение, и стал охотно отвечать на вопросы:
– Все указы султана касаются мероприятий по усилению армии. Он объявил призыв даже тех лиц, которым раньше не позволялось служить. Мехмед отправил своих давтарчи по всей стране собирать строительные материалы.
– А это ещё зачем?
– Он хочет построить крепость на европейском берегу Босфора.
Роман с великим сожалением понял, что все его сегодняшние старания были напрасны. Мехмед строил стратегические планы по захвату Константинополя, а ему он лгал, «подкладывая под голову мягкие подушки». Да, от этого молодого султана можно ожидать любой пакости, и тогда даже Бог не в силах спасти Константинополь. Это должны сделать все: он, император, жители города, обитатели этой таверны. Вместе, как один человек, единые духом и телом они должны спасти свою столицу. А иначе тюрбанники возмут её, осквернят и ограбят её храмы, перебьют и обратят в рабство его жителей. Это не должно свершиться. Во всяком случае он, Роман, этого никогда не допустит. Если не силой, то хотя бы умом он непременно отвоюет свою отчизну, ибо ума у него для этого больше, чем у османов.