– Отвесишь этому человеку столько золота, сколько он пожелает, – приказал султан, указывая на Урбана.
Тот стоял с бледным, но счастливым лицом.
– Ты немедленно приступаешь к изготовлению ещё трех таких пушек! Их надо установить под стенами Константинополя.
– Но как мы протащим этих чудовищ туда? Они невероятно тяжёлые, – посмел возразить один из его пашей.
– Такие вопросы не волнуют его величество,– ответил за султана великий везирь, – пушки должны стоять под стенами в назначенный срок любой ценой.
На второй день Пасхи 1453 года огромное турецкое войско начало обустраивать свой лагерь под стенами Константинополя. Турецкие полки ежедневно нескончаемой лавиной подходили к городу, постепенно заполняя огромное двадцатикилометровое пространство перед его сухопутными стенами.
Мехмед согнал под стены Константинополя огромное количество людских ресурсов, не намереваясь считаться с потерями, ибо всё было подчинено одной великой идее, маниакально доминировавшей в его мозгу, – завоеванию столицы Византии.
Турки осадили город, начиная от бухты Золотого Рога и кончая Мраморным морем. Ставка султана расположилась напротив Адрианопольских ворот. Сюда же притащили пушку-монстра, которую волокли от самого Адрианополя по смазанным жиром специальным деревянным настилам огромные стада волов, подгоняемые многочисленными чабанами.
На следующий день Мехмед начал свой пробный штурм. Первыми пошли отряды башибузуков, легко вооружённая штрафная пехота, призванная своими действиями измотать противника. Они несли на своих плечах огромные лестницы и тяжёлые мешки с песком. Плохо вооружённые, толком не представляющие, что надо делать, они тем не менее шли на неприступные стены, подгоняемые отрядами военной полиции. Подойдя к глубокому крепостному рву, башибузуки стали засыпать его песком.
На стенах появились лучники, и тучи стрел устремились в сторону врага. Турки падали замертво, и их тела тут же скатывались в ров вместе с мешками песка. На место погибших военная полиция сгоняла всё новых и новых башибузуков, которые продолжали работать под шквалом стрел, методично засыпая ров.
Византийская артиллерия выстрелила по туркам. Каменные ядра падали в самую гущу работающих людей, образовывая ямы с корчащимися телами. Их вновь сбрасывали в ров, и на их место опять пригонялись живые. Турки наконец добились своего – ров, заполненный многочисленными трупами и мешками песка, частично стал неглубоким, и через это место устремился поток башибузуков. Подбежав вплотную к стенам, они приставили лестницы и начали быстро карабкаться. Защитники отталкивали лестницы от стен и заливали турок кипящим оливковым маслом. Из нападавших только единицам удалось добраться до вершины стены. Здесь их встречали сразу несколько вооружённых византийцев и тут же закалывали. Но, несмотря на огромные потери, турки всё гнали и гнали новых башибузуков в надежде истощить обороняющихся и выявить их слабые места.
На исходе дня атака была завершена. То, что обороняющиеся хорошо подготовлены и будут слаженно сражаться, стало неопровержимым фактом для Мехмеда, с которым он не желал мириться. Религиозные разногласия среди горожан, на что так рассчитывал турецкий султан, после первой же атаки османов в одночасье улетучились. Опасность порабощения со стороны турок примирила всех верующих. Теперь у них была одна цель – устоять любой ценой.
На следующий день, после утреннего намаза, Мехмед послал в атаку ещё большее число башибузуков. Помимо лестниц, они волокли огромные туры и всякого рода стенобитную технику. За ними шли во множестве хорошо вооружённые анатолийские воины, в задачу которых входило проникнуть вслед за первой волной нападающих на крепостные стены.
Сразу же стали звонить все колокольни города, призывая защитников к обороне. Турки уже успели подкатить туры и лестницы к стенам, по которым стали карабкаться башибузуки. Увидев это, император приказал немедленно открыть ворота Святого Романа. Византийская конница с русскими наёмниками буквально вылетела из города. Во главе всадников-исполинов на великолепном белом коне мчался сам василевс в своей пурпурной мантии, которая развевалась на скаку. Обороняющиеся сходу смяли атакующую пехоту турок и начали поджигать туры и лестницы, разрушать стенобитные машины. Османы, не выдержав напора, побежали назад, однако конники их легко догоняли и рубили своими огромными мечами. За несколько минут пространство под крепостными стенами заполнилось телами погибших турок.
Мехмед не ожидал такой смелой вылазки со стороны византийской конницы, возглавляемой самим императором. И вот уже хорошо вооружённые конные янычары галопом устремились вперёд, готовые сойтись с противником в лобовой схватке. Численно они трижды превосходили отряд византийцев, и потому греки быстро отступили назад, закрыв ворота под самым носом турецкой конницы.