— Мне очень жаль, — слова застревали у неё в горле. — Я не хотела, чтобы что-то подобное случилось.
— Я верю тебе. Но такое ощущение, что куда бы ты ни пошла, неприятности идут за тобой.
— Ты накажешь меня?
— Не совсем так. Однако эти недавние неприятности заставили меня принять решение, что ты с сегодняшнего дня не покидаешь дворца. Я не позволю тебе больше взять мой корабль для твоих изысканий до тех пор, пока я не разрешу.
Несмотря на свой стыд за то, что произошло в Паэльсии, сама идея того, что она не сможет никуда выйти, заставило её ощетиниться.
— Я не ожидала такого наказания — того, что я не смогу выйти отсюда, будто я пленница.
— То, что случилось, неприемлемо, Клио.
У неё перехватило горло.
— Думаешь, я не чувствую себя ужасно из-за всего этого?
— Уверен, что чувствуешь. Но это ничего не меняет.
— Этого не должно было случиться.
— Но случилось. Тебя там вообще не должно было быть. Паэльсия — не место для принцессы. Там очень опасно.
— Но Арон...
— Арон, — глаза отца сверкнули. — Это тот, кто убил крестьянина, верно?
Жестокость и непредсказуемость Арона на рынке удивила даже Клио. Даже, несмотря на то, что она не доверяла молодому человеку, она ужасалась отсутствию у него вины.
— Он, — призналась она.
Король некоторое время молчал, пока Клио, затаив дыхание, тряслась от страха, ожидая, что он скажет дальше.
— Слава богине, что он был рядом, чтобы защитить тебя, — в итоге сказал он. — Никогда не доверял паэльсийцам и рекомендовал расторгнуть торговые отношения между нашими странами. Они непредсказуемый и дикий народ, скорый на расправу. Я всегда уважал Лорда Арона и его семью, а последние события лишь упрочили моё отношение к нему. Я очень горжусь им, так же как, я уверен, и его отец.
Клио пришлось прикусить язык, чтобы не сболтнуть ничего, что противоречило бы мнению отца.
— Итак, — продолжил король, — я огорчен тем, что всё это случилось при большом количестве людей. Когда ты уезжаешь из дворца, когда ты уезжаешь из королевства, ты должна помнить, что ты представляешь Оранос. Мне сказали, что сейчас в Паэльсии назревают какие-то неприятности. И они нами сейчас очень недовольны, даже куда больше, чем раньше. Они и так завидуют нашим ресурсам в то время, как позволили своим истощиться. Конечно же, в убийстве одного из своих (неважно, как это произошло), они видят заявление о превосходстве оранийцев.
Клио сглотнула:
— З-заявление?
Он презрительно махнул рукой.
— Это лишь сотрясание воздуха. Оранийцам следует быть осторожными, когда они путешествуют по Паэльсии. Подобная нищета и отчаяние неизбежно приводят к разбою, грабежам, нападениям... — Его лицо ожесточилось: — Это опасное место. И ты никогда больше не поедешь туда ни по какому поводу.
— Не то, чтобы мне хотелось, поверь мне, но... никогда?
— Никогда.
Чересчур заботлив, как и всегда. Клио не стала спорить. Несмотря на то, что ей была просто ненавистна сама мысль, что за убийство Томаса Агаллона из Арона сделали героя, она знала, когда следует остановиться и перестать говорить, чтобы не навлечь на себя ещё большие неприятности.
— Я понимаю, — вместо этого сказала она.
Он кивнул и перелистнул несколько бумаг перед собой. Следующие его слова заставили её похолодеть:
— Я решил в скором времени официально объявить о твоей помолвке с Лордом Ароном. Это даст всем понять, что он убил юношу, чтобы защитить тебя — свою будущую невесту.
Она с ужасом уставилась на него:
— Что?
— У тебя с этим проблемы? — было что-то во взгляде короля, что-то отличавшееся от его обычного поведения. Что-то, что было скрыто между строк. Слова протеста замерли у Клио на губах. Отец не мог знать о её секрете... или мог?
Клио выдавила улыбку:
— Конечно, отец. Как скажешь.
Она найдет способ изменить его решение, когда придет время, и когда она будет уверена, что ему ничего не известно о той ночи. Если он узнает, что она наделала, Клио этого не вынесет.
Он кивнул:
— Молодец.
Она повернулась к дверному проёму в надежде поскорее уйти.
— И ещё кое-что, Клио.
Она замерла и медленно обернулась:
— Да?
— Я приставлю к тебе телохранителя, человека, чья основная задача — уберечь мою младшую дочь от любых возможных неприятностей в будущем.
Её ужас стал еще больше.
— Но в Ораносе не может быть никаких неприятностей. Если я пообещаю не возвращаться в Паэльсию, в чём проблема-то?
— Всего лишь спокойствие для твоего отца, дорогая. И нет, это не обсуждается. На эту работу я назначу Теона Рануса. Я вот-вот ожидаю его, так что сообщу ему о его новой должности.