— Пусть будет по-твоему.
Также резко отпустил, поднялся и покинул спальню, не обернувшись. А я просто слетела с постели, чудом не упав, и удрала в ванную комнату, закрывшись в ней больше, чем на час. Раздирая кожу жесткой щеткой до царапин, я заставляла себя не плакать. Я не имею права. Поздно для соплей, Мира, поздно для жалости. Поздно для честных разговоров.
Видимо, только для секретов никогда не поздно.
Давай, Руслан, твой ход. Покажи, что тебе правда больно. Сделай больно в ответ… Я заслужила.
И он показал.
Показал, что ему очень больно.
Но, обо всем по порядку. Сначала вселенная попыталась раздавить меня совсем другими способами. Виртуозно, мать ее, как всегда.
Покончив со всеми церемониями первого брачного утра — стилисты в десять, торжественный поздний завтрак в полдень, прогулка с гостями по саду, еще одна фотосессия к обеду, сам обед и отъезд гостей восвояси, мы тоже вернулись в номер собирать вещи. Вечером нас ждал первый ужин в новой совместной квартире — просторной, с пятью спальнями, мини-студией и большой гостиной. Так что, помимо охраны, можно подселить к нам еще пару клоунов, чтобы сделать этот феерический брак еще чуточку интереснее.
Надо отдать должное и мысленный поклон профессионализму, с которым мы провели этот день на людях, рука об руку. После утреннего разговора, он ни единым жестом и ни единым взглядом не показал, что что-то между нами не так. Наоборот, он был идеальным Фаером — таким, каким умеет быть только он: харизматичный, обходительный, слегка надменный и уверенный в себе на всю тысячу процентов. Безупречно отыгрывая свою роль влюбленного мужчины, он повсюду крепко держал меня за руку, будто я могу сбежать, постоянно прижимал к себе, целовал при каждом подходящем случае. Я не отставала — в духе немного взбалмошной Рори пару раз запрыгнула к нему на руки, во время десерта макнула его палец в крем и с таким удовольствием облизала, что за столом все притихли на пару секунд. А для меня все эти “страстные” поцелуи были крайне странным занятием: вроде бы все те же губы, вроде бы — все тот же человек, который может заставить дрожать колени по щелчку пальцев. Взять хотя бы сегодняшнее утро. Но, фактически, это ничем не отличалось от поцелуя с фонарным столбом: только холод, ничего кроме холода. Они не трогали, даже не пытались трогать. А вот бурные оргазмы прессе обеспечили, и это главное. Сегодня Кристина останется нами довольна.
Лиза, повсюду нас сопровождавшая, была весь день притихшей: то ли пыталась ничем себя не выдать перед Русланом, то ли ее совесть грызла от чего-то другого, но мне, в общем-то, плевать. Я всю обратную дорогу была занята своей собственной совестью, потому что вела переписку с левого номера со своим синеглазым детективом, договариваясь о встрече. И договорилась — прямо на этот вечер, прямо на через час. Так что Лизу я высадила из машины и вызвала ей такси, Артема отправила прямиком по новому адресу — осмотреть территорию, а при себе оставила лишь Сашу. Он обычно самый тихий и незаметный из них всех. А Руслан покинул отель раньше меня на своей собственной тачке, так что о нем беспокоиться вообще не пришлось.
Мой основной телефон зазвонил. Бросив взгляд на экран я шумно вздохнула и приняла звонок.
— Александр Евгеньевич, — бесцветным голосом поприветствовала я своего продюсера.
— Здравствуй, Мира.
Меня передернуло — ничего нового.
— Звоню еще раз поздравить со свадьбой, отлично поработали вчера, — я нутром почувствовала кривую усмешку на его лице. — И напомнить, если ты вдруг забыла — а у меня складывается именно такое чувство, что у тебя есть вполне конкретная задача. Что-то я не заметил, чтобы чертов выскочка вчера выглядел хоть немного несчастным.
Зато он выглядел несчастным сегодня.
— Вы сами обозначили сроки: после свадьбы. “После свадьбы” началось только сегодня, — раздраженно ответила я и помедлила, все же добавив: — Волноваться не о чем, я работаю над задачей.
Он хмыкнул в трубку.
— Вот и работай. Я жду результат. Надо напомнить, что на кону? Я слов на ветер не бросаю, Мира. Мало того, что верну на поводок, так еще и весь мир порадуем любопытными подробностями твоей… карьеры.
Я сжала зубы. Хотелось заорать в трубку столько всего…
— Ого, он тебя молчать научил. А парень-то неплох, — расхохотался мужчина, потом его тон резко сменился на совершенно серьезный, — Смотри, как бы не пришлось привыкать к этой роли. Все в твоих руках. Запоришь мне дело — уничтожу. Хорошего вечера.