Руслан, не сводя ледяного взгляда с Богданова, обогнул меня и встал рядом.
— Все нормально?
Дурацкая, иррациональная, совершенно неуместная улыбка упрямо лезла на лицо. Кажется, я еще никогда не была так рада его видеть. И понять не могла, почему именно сейчас. Чтобы не выглядеть совсем сумасшедшей, я только кивнула.
В випку следом зашли остальные ребята из группы, а замкнула процессию Лиза.
Мой босс коротко обвел всех взглядом, усмехнулся, закинул ногу на ногу и тоже откинулся на спинку дивана, глядя на парней, как на грязь.
— Думал, что тебе хватит ума не появляться здесь, сынок. Пришел проведать бывшую женушку? — Богданов криво усмехнулся. — У меня на нее большие планы, так что — извини, приятель. Мужиков у Мирки может быть сколько угодно, а папочка один, да, рыбка моя? — он снова похлопал себя по колену, с вызовом глядя мне в глаза.
Руслан наощупь нашел мою руку и с силой сжал ее.
Сергей расхохотался.
— Что я вижу? Ты серьезно решил поиграть в рыцаря? Спасти прекрасную деву? Костя, он у тебя что, умственно отсталый, что ли? Очнись, парень. Это шлюха. Всегда была ею. И всегда будет. Причем моя. Личная. Еще вопросы есть?
Теперь уже я сжала его руку в ответ, почувствовав, как мужчина напрягся. Что-то жутко темное, действительно страшное, осязаемыми волнами исходило от него. Он как будто готовился к прыжку, специально отключая все, что делало его… Русланом. Повисла тишина. Если, конечно, не считать громкую музыку, доносящуюся из основного зала. Казалось бы, гнетущая, но нет. Совсем нет. Несмотря на весь ужас этой сцены, я впервые ощутила облегчение. Такое пьянящее, что даже дышать стало легче. Я знала, что со мной рядом тот, кто больше не даст этому ублюдку дотронуться до меня. И кто отомстит за каждый раз, когда никого рядом не было.
Смолин поднялся с дивана и громко скомандовал:
— Спасибо, девочки. На сегодня все. Все на выход.
Пока девицы дружным строем покидали зал, он подошел к нам и встал рядом с Русланом.
— Сначала раздеть. Нельзя запачкать костюм, — ровным, совсем не своим голосом произнес он.
Сергей, наконец, что-то заподозривший, резко встал.
— Какого хера, Костя?
Он все еще пытался выглядеть хозяином положения, но голос заметно сорвался. Взгляд забегал между нами, пытаясь понять — это шутка, или нет.
Не шутка. Шутки кончились.
— Вы долбанулись? У меня здесь охраны больше, чем у вас извилин в голове!
Руслан качнул головой.
— Уже нет.
Я оглянулась по сторонам вместе с Богдановым. Еще пять минут назад они стояли у входа, а теперь… там стояли совсем другие ребята. Это было очень чисто сработано. И очень тихо. А я боялась, что именно здесь нас будут ждать основные проблемы.
— Два шага назад! — скомандовала Лиза.
Мы все послушно отступили, а наш гость не успел ничего понять, когда сверху на тросах опустился стеклянный двухметровый квадрат размером с небольшую комнату, мягко приземлившись на ковер. Заключив и его, и диван, на котором он минуту назад сидел, в ловушку. В глазах Сергея отразился сначала шок, потом недоверие. Он сделал несколько шагов и яростно застучал по стеклу кулаком.
— Это пятнадцатимиллиметровый монолитный поликарбонат, — все тем же отстраненно-ровным тоном произнес Смолин. — Он в двести пятьдесят раз прочнее обычного стекла. Ты его не разобьешь.
Богданов медленно опустил кулак и перевел глаза на меня.
Вот он — тот взгляд. Я сделала шаг вперед, как завороженная. Взгляд, который я ждала. Который представляла в своей голове, пока он таскал меня по полу за волосы. Когда бил по лицу. Когда он был так непоколебимо уверен, что ему никогда ничего за это не будет.
Будет.
В почти черных от ужаса глазах медленно разгоралось понимание — всего, что произошло. Не только сейчас. Он складывал большой, объемный пазл. А мы все молча за этим наблюдали. И чем больше деталей обнаруживалось, тем более безумным становился его взгляд.
Я кивнула. Себе, или ему — не знаю:
— Помнишь Аквариум, Сергей? Ты так его любил. Сегодня мы решили подарить тебе его маленькую копию.
Лиза, собранная и сосредоточенная, подошла со стопкой фотографий и принялась наклеивать их на стекло по всему периметру. Медленно, методично, одну за одной. Каждой девушки, что когда-то стала жертвой его детища. Моя там тоже была.
Богданов проводил ее взглядом, покачал головой и вдруг расхохотался. Из-за того, что толстое стекло хорошо поглощало шум, этот звук прозвучал так, будто он действительно смеялся из-под воды.