— Скоро узнаю, — спокойно произнес он.
Это прозвучало как угроза. Как приговор. Как ему удается обычные слова говорить... так? Я усилием воли заткнула себе рот. Единственно правильным решением будет игнорировать эти провокации. Пока я не научусь сразу понимать, чего он добивается. И не давать ему этого.
Несколько минут спустя мы приступили к съемке. Я делала то, что умела лучше всего: нестандартное, взрывное, на грани фола. Готова спорить, что результат будет обалденным. Фаер на переднем плане, олицетворяющий собой мужественность, силу и идеологию всей группы. И хрупкая девушка на заднем, с еле уловимыми очертаниями сквозь пелену дыма и выразительным взглядом на бледном лице. Я попросила Генри сделать фокус именно на мое лицо, на глаза, остальное можно размыть. На этот раз я хотела быть музой — эфимерной, неуловимой, сводящей с ума несчастных творцов. Я хотела, чтобы эти фотки врезались ему в память и чтобы мои глаза снились ему в кошмарах. Ничего из себя не представляю? Посмотрим, как ты заговоришь, когда увидишь снимки, дорогой.
Меня вернули домой уже за полночь. Фотосет затянулся. Мы с Генри неожиданно поймали одну волну и я смогла выдать то, что делала в свои лучшие времена: выложиться на все сто. Даже без обработки снимки были очень близки к тому, что я видела в своей голове. Но в машине весь энтузиазм улетучился и я снова осталась один на один с собой. А хуже этого — только обнимашки с Фаером.
В душе я провела больше часа, с маниакальным остервенением отмывая себя от слоев пудры, боевой раскраски и следов его рук. Как жаль, что ничего такого не придумали для души. Ну, кроме алкоголя. Душе было по-прежнему грязно.
Сегодня я не стала пить. Вместо этого завернулась в одеяло и уткнулась в телефон. Лиза сказала, что расписание уже забито в календарь. Фотосет был неприятным сюрпризом, но я сама тут проебалась, не спорю. Но больше этого не повторится. Больше часа я дотошно пролистывала неделю за неделей.
Я удивлю тебя, засранец в капюшоне. Я сдеру с тебя кожу точно также, как ты сегодня содрал мою.
Глава 5
Почти три недели спустя, когда огромный объем подготовительной работы был завершен, настало время нашего официального знакомства. После которого все, наконец, закрутится. На носу декабрь: времени у нас осталось не так много на все про все. График с каждым днем становился все более напряженным: со мной успели записать последний в этом году сезон шоу и сняли в паре второсортных тв-передач, чтобы народ привык к моему новому внешнему виду. Я-то сама привыкнуть все еще не могу. Плюс съемки в двух новогодних шоу, два выпуска на радио в прайм-тайм и вручение награды на престижной музыкальной премии. На премию меня вряд-ли пригласят еще раз, потому что девица, которой я эту награду вручила, убежала со сцены в слезах. Да и хрен с ней, надо проще относиться к конструктивной критике.
После того злополучного фотосета мы с Флаером больше не пересекались. У него тоже был плотный съемочный график, который никак не получалось состыковать с моим. Леонид был крайне недоволен и очень переживал, что без совместных репетиций я непременно облажаюсь в первый же день. Поэтому мне дополнительно наняли педагога по актерскому мастерству. И через неделю второго: первый не оценил мое чувство юмора. Немудрено, что по мнению Леонида, которое он высказал вслух, Капюшон был куда более надежным исполнителем, так что именно ему придется, если что, брать ситуацию в свои крепкие мужские руки и возвращать на сценарные рельсы. Да и флаг ему в эти самые руки. Хотя, лучше прямо в напыщенную задницу.
Итак, сегодня Рори отправится на вечеринку в честь открытия крайне претенциозного рок-бара в самом сердце тусовочной части города. Очень похоже на Рори, кстати, тут прям в точку. На этой вечеринке Рори немного выпьет, расслабится, а потом на сцену пригласят раскачать народ Драгон Фаер — ведь они самые крутые рокеры этого сезона, группа-сенсация, группа-прорыв. Кому, как не им выступать на открытии подобного заведения. А Рори решит, что сероглазый парень очень хорош собой, выпьет с ним по стаканчику и может они даже потрахаются ночью, но это оставим на домысли публики: нас лишь пофоткают у отеля хорошо оплаченные профессиональные папарацци. Мои основные задачи на сегодня: не надраться до беспамятства, не проявлять к Фаеру публичную неприязнь и не орать, что все это гребаное фуфло.
На этот раз над моим образом тщательно потрудились уже совсем другие стилисты — предыдущих после провала на фотосете уволили. Мою задницу старательно упаковали в жемчужное узкое платье до колен с соблазнительным вырезом и выдали туфли на высоченных каблуках. Ничего общего с тематикой рока на этот раз. Просто одинокая скучающая светская львица на пороге выхода в тираж. Несмотря на неоднократную проработку этого дня, я все равно немного волновалась. Пусть на меня не возлагали особых надежд, мне не хотелось облажаться. Я хотела доказать, что могу отработать не хуже него. Я ведь и в самом деле могу. Раньше могла и сейчас смогу.