— Посмотри мне в глаза, — хрипло приказал Руслан, приподнявшись надо мной. Его руки опустились к молнии джинс, чтобы убрать последнюю преграду.
Смысл слов доходил до меня с трудом, но я все же разомкнула веки, разгоняя дурман, тяжело дыша и содрогаясь всем телом от желания почувствовать его в себе.
Он — дикий, красивый, как чертов бог, смотрел на меня в упор, внимательно, и в этом взгляде было очень много всего: желание, власть, нежность, и какая-то очень глубокая печаль. Вероятно, в моих глазах есть такая-же, но размышлять об этом я не собиралась. Не сейчас. Мой взгляд метнулся к его рукам, жадно наблюдая за каждым движением пальцев. Я приподнялась на локтях и, пока он занимался ремнем и молнией, нетерпеливо стащила с него футболку, чтобы иметь полный доступ ко всему красивому, что в нем есть.
Медленно проведя рукой по внутренней стороне моего бедра он снова опустился на меня и тихо повторил:
— Смотри на меня, Мира. Я хочу видеть все, что ты чувствуешь.
Низкий, хриплый голос отдавался невыносимой пульсацией внизу живота, угрожая разорвать меня на части. В любую секунду.
Я подняла на него глаза, стремительно теряя остатки самообладания.
Он усмехнулся и в ту же секунду одним сильным толчком подарил то, что мне сейчас было так жизненно необходимо.
От неожиданного вторжения по телу пробежала такая мощная судорога, что я чуть не задохнулась, одной рукой затыкая себе рот, чтобы не заорать, а другой инстинктивно упираясь в его грудь изо всех сил.
Руслан резким, властным движением убрал их обе, прижав запястья к дивану над моей головой, и, не сводя с меня глаз, почти прорычал:
— Кричи. Кричи, если хочешь кричать, и не смей затыкать себе рот, поняла? Не смей прятаться от меня. Не сегодня, — он чуть ослабил хватку и, наклонившись, осторожно коснулся губами кончика моего носа, щеки, ключицы. — Ты будешь падать со мной, Мира. До самого рассвета.
Вместе с этими словами мужчина с силой вошел в меня снова, с такой гребаной силой, что я действительно закричала, прижавшись к нему так сильно, как только могла.
Глава 12
Я нетерпеливо болтала ногой, сидя на высоком стуле, пока визажист наводила красоту на моем лице. Хотя, нетерпеливо болтать ногой было бы в пору не мне, а ей, поскольку я уже дважды обкусала всю помаду, которую она с неизменным упорством наносила теперь уже в третий раз.
— Рори, дай ей шанс дожить до конца съемок, — мягко произнесла девушка, оценивающе глядя на свою работу.
— Сделаю все что в моих силах, — безразлично произнесла я и снова прикусила губу, глядя, как неподалеку гримируют Фаера.
Ее тяжелый вздох не произвел на меня ровно никакого впечатления, а вот его красивый профиль — вполне себе.
Я с трудом отвела взгляд от его широкой спины и переключила свое внимание на площадку. Сегодня мы записываем ток-шоу, где нам предстоит вдвоем петь в конце программы. Забавно, что, кроме Фаера, меня никто так и не спросил — умею я петь, или нет. Видимо, это и не сильно важно — сегодня обработать можно так, что любая лажа станет чем-то сносным.
Я тяжело вздохнула. Когда с макияжем закончат, у нас будет что-то около сорока минут, чтобы порепетировать. Других репетиций у нас так и не случилось. И сказать, что я совсем не горю желанием с ним петь — это ничего не сказать. И разговаривать-то с ним не особо хочу. И даже готова сожрать свои губы целиком, если это поможет продлить мое пребывание в этом охрененно неудобном кресле еще хоть на десять минут.
За прошедшие дни мы всего лишь дважды пересекались в офисе у Кристины, и, слава богам, это было очень быстро — буквально “привет” и “пока”. И оба раза он даже не взглянул на меня, словно я была ничем.
Нет, плакать по этому поводу я не собираюсь — я была к этому готова. И все же… я рассчитывала на более-менее прежнее общение, а не тотальный игнор. Это был не просто секс. Это было что-то другое. Я пока не понимала, что именно, но отчетливо осознавала разницу. И это очень сильно меня беспокоило. Потому что было охренеть как неправильно.
С той ночи прошло уже больше недели.
С той очень длинной ночи.
Я дернула головой, не желая это вспоминать. Не хочу думать об этом. Но, как назло, избавиться от подобных воспоминаний не так-то просто.