— Ты переживаешь за меня? — уголки его рта дрогнули в настоящей улыбке.
— Я переживаю за себя. Если ты сдохнешь — мне опять станет слишком скучно.
Я допила и со звонким стуком опустила кружку на поверхность, спрыгнув на пол.
— Спасибо за кофе. Отдельное спасибо, что не добавил яд. Спокойной ночи.
Не дожидаясь ответа, я быстрым шагом направилась в гостиную. Обнаружив на диване тот самый плед, я стянула с себя спортивную толстовку и штаны, оставшись в одной майке и трусах, завернулась в плед и устроилась в углу, уткнувшись носом в спинку дивана. Наверное, я так и уснула — с легкой улыбкой на лице, удовлетворенная тем, что не поддалась искушению отправиться прямиком в его постель. И тем, что этот плед пах в точности как хозяин дома.
Глава 20
Меня разбудил шум пылесоса. Пылесоса, блять! Распахнув глаза я резко села, по-прежнему закутанная в плед, и, вероятно, слегка напугала женщину лет пятидесяти, самозабвенно занимающуюся уборкой. Она вскинула руку к сердцу, громко охнув, а я прищурилась, бросив, предварительно, косой взгляд на часы.
— Десять утра! Какого черта?
Она выключила пылесос и попятилась в сторону кухни.
— Простите! Я вас не заметила! Клянусь — думала, что просто плед горой лежит! Вы такая маленькая!
Я хлопнула глазами, не зная, как на это реагировать. Пожалуй, я могла бы счесть это милым, если бы сейчас было не десять утра, а хотя бы двенадцать. Если бы я выспалась. И если бы вчера мне не пришлось полдня провести в окружении психов — пленницей в собственном доме, мать вашу! Но даже это теперь выглядит не так страшно по сравнению с тем, что он вынудил меня буквально валяться у него в ногах и умолять о помощи. Странно, что его рожа не треснула от удовольствия, когда он добился своего. Черт… Воспоминания о вчерашнем дне буквально рухнули на меня грудой кирпичей, и самым тяжелым был тот, где я добровольно назвалась его должницей. Так что, простите, милая женщина, но именно вы сегодня огребете первую порцию моего дерьмового настроения. Получите, распишитесь. Я метнула на нее сердитый взгляд:
— Мою охрану вы тоже не заметили? Мне, может, флажок себе в задницу засунуть, чтобы я больше не казалась вам горой пледа?
После этих слов вид у нее стал еще более удручающим.
— Мальчиков я видела. Сделала им яичницу и кофе, они завтракают. Они сказали, что вы в квартире, но я-то думала, что вы у себя в спальне…
У себя в спальне? В его спальне, ты хотела сказать? Еще чего.
Я раздраженно почесала взъерошенные волосы, сдерживая желание наговорить ей еще много чего. Но она, вроде как, не особо и виновата. Он же вчера говорил про уборку… это я пропустила мимо ушей. Черт. Откинулась обратно. И только тут поняла, что под моей головой настоящая подушка, а не диванная. Снова села, окинув взглядом свое лежбище. Соображала я все еще медленно, но все же сообразила, что положить ее женщина не могла — она меня даже не видела. В обязаности Артема и Саши это не входит, так что… Его высочество проявило заботу? Это как откорм теленка перед убоем?
Женщина все еще стояла посреди гостинной, прижимая к груди чертов пылесос и явно не знала, куда себя деть. Я перевела взгляд на нее и приподняла бровь.
— Так и будете теперь тут стоять? Или, я все-таки могу встать и одеться?
— Простите, глупая ситуация, — запинаясь промямлила она так огорченно, что мне даже стало ее жалко.
— Я вас не съем. Успокойтесь. Идите дальше заниматься своими делами.
Не знаю, отчего-то эта женщина упорно не могла меня нормально выбесить. Только чуть-чуть. Это при том, что именно из-за нее мой день здесь станет на пару часов длиннее.
— Меня зовут Сима. Простите еще раз.
— Мира, — буркнула я, скинув с себя плед, — Хватит извиняться.
Да какого же… Потрясающе. Просто потрясающе. Иди теперь попей с ней чайку, тупица, и расскажи заодно о том, как слиняла из дома в пятнадцать лет в столицу, потому что считала себя охуенно умной и талантливой. А еще вы сможете вязать носки и обсуждать сериалы! Круто же! И не забудь сплести браслетик дружбы, идиотка. Я зажмурилась, пытаясь задавить в себе волну неконтролируемой ярости. Ярости, в первую очередь, на себя саму. Я проебалась. Проебалась за последние сутки так сильно, что и словами не передать. Он переиграл меня. Вытащил из одной клетки и загнал в другую. В свою. А это хуже, дорогая. В разы хуже! Как же ты сразу не поняла?..
— Сварить вам кофе?
Кофе?
Я открыла глаза. Хотелось плакать. Но и кофе тоже хотелось. Чтобы не сказать больше никакой фигни, я просто кивнула. Медленно поднялась с дивана, потянулась. Из кухни выглянули две головы и тут же поспешно отвернулись. Какая прелесть, женщина в трусах и майке все еще способна кого-то смутить в наш удивительный век. Итак, вот мое царство на ближайшие несколько недель: хозяйская спальня, в которой будет сконцентрировано главное зло. Кухня, на которой, подозреваю, пропишутся мои доблестные охранники. А мне остается этот гребаный диван, как хозяйской собачонке. Если занять его комнату, пока его нет, он станет ломать собственную дверь?