И так первый раунд нашей дуэли начался.
.
.
.
.
.
Главная резиденция семьи Мэгкуил. Верхний этаж.
Яркий солнечный свет, пробивался сквозь зашторенные окна, лаская темный письменный стол. На нем, словно в лабиринте, запутались бесчисленные бумаги, а за ним, в центре сидел платиноволосый мужчина с прямой осанкой и холодным, как лед, взглядом. Его перо, словно живое, танцевало в руках, выводя очередные строки многочисленных заметок и подписей.
Лицо этого человека не выражало ни единой эмоции, он работал словно отточенный механизм, и лишь темные круги под глазами выдавали усталость.
Шурк, шурк, шурк — только звук пера раздавался по просторной комнате, служившей рабочим кабинетом Энглею Мэгкуилу, главе политической ветви Мэгкуилов, и по совместительству являвшимся родным дядей Лео.
Если бы можно было заглянуть в эту комнату в предыдущий день или любой другой, то создалось бы впечатление, словно этот человек попал во временную петлю, которую сам не заметил. Несмотря на высокое положение в обществе, он трудился больше, чем все остальные, и практически жил своей работой.
Иронично, но, если посмотреть на это со стороны, то Энглей и Лео чем-то напоминали друг друга, хотя сам Энглей никогда бы в этом не признался, ведь он искренне ненавидел этого мальчишку. Лео постоянно напоминает ему о брате, который всегда был лучше во всем, сколько бы Энглей ни старался этого изменить.
После многих лет безуспешных попыток превзойти брата и занять место главы семьи, Энглей оказался здесь, в этом кабинете, ставшем его личным лабиринтом из бумаг. Отчет за отчетом, решение за решением — из раза в раз одно и то же, в бессмысленных надеждах на признание. Он давно устал от подобной жизни, превратившейся в бесконечный повтор одного и того же бессмысленного дня.
Но сегодня случилось нечто необычное, нечто нарушившее привычный ход событий. Рука Энглея замерла в воздухе, остановившись над очередным распоряжением. Солнечный свет, проникавший в комнату через окно, вдруг утратил свою теплоту и померк. Тьма в углах комнаты задрожала, словно ожила, и в воздухе появилось зловещее ощущение чьего-то таинственного присутствия.
Из рта Энглея вырвался пар, словно он вдохнул ледяной зимний воздух посреди весны.
И что самое странное, Энглей не испытывал никакой опаски. Напротив, в его холодных глазах появился странный блеск, словно он давно ожидал этого момента.
— Время пришло, — по всей комнате из разных углов эхом раздался бархатный мужской голос.
— Вот значит как, — ответил Энглей с леденящим спокойствием, словно он был готов к этому моменту.
Свет пришел в норму, ощущение чьего-то присутствия исчезло, глубоко вздохнув Энглей отложил перо и подошел к книжному шкафу, на секунду замер, чтобы осмотреть комнату и убедившись, что никого нет, он достал ничем не примечательную детскую книгу. Она выглядела немного потрепанной, страницы выцвели под напором времени, но при том, были признаки того, что об этой книге хорошо заботились.
Привычным движением он перевернул несколько страниц, словно следуя только ему известным маршрутом. Его взгляд скользнул по его любимым строкам, но на этот раз одна из них заставила его остановиться. Его взгляд дрогнул.
«Чушь! — подумал он, нахмурившись. — Как бы честно и усердно ты ни старался, никакая фея не явится чтобы исполнить твое желание. Если я хочу что-то изменить, придется запятнать руки», — с этой мыслью он грубо вырвал страницу и принялся листать дальше.
Раньше эти несуразные и наивные строки были его любимыми, они вдохновили его на трудолюбие и упорство, но став старше, он понял их лживость. Глупо верить в чудеса, будучи членом семьи охотников на магов. Он листал быстрее, больше не обращая внимания на строки, которые так любил в детстве.
Наконец, его взгляд остановился на нужной странице, где был спрятан небольшой медальон. Он сжал его в руках и тихо прошептал:
— Я все делаю правильно, — его хватка на медальоне стала крепче, словно он пытался прогнать через него свои сомнения и страхи.
Вновь вздохнув, он отбросил эмоции, его глаза вновь стали ледяными, после чего убрав драгоценность в карман, он медленно подошел к окну.
.
.
.
.
.
Главная резиденция семьи Мэгкуил. Подвал. Комната для тренировок.
— Сейчас будет горизонтальный удар! — бодро воскликнула Риз, нанося быстрый удар.