— Клэр Дэнверс, ниоткуда в частности, — сказала она. — Спасибо, Брайан. Я ценю это.
— Никаких проблем. Иди. Я договорюсь с ней, она встретит тебя там.
Он устремился вперед к бару, и Клэр позволила потоку людей охватить ее и направить в другую сторону. Что-то плохое, должно быть, произошло на экране, потому что был слышен коллективный стон, сопровождаемый сильным криком и жестикулированием, и ей пришлось нырнуть, чтобы избежать попадания в лицо пива или локтя по голове.
В процессе ныряния она заметила кого-то в длинном белом переднике, вошедшего через двойные двери позади бара, неся гигантский поднос, полный — как она предполагала — недавно вымытых барных стаканов. И в течение секунды она замерла, потому что взгляд, который длился всего долю секунды, сказал ей, что она знала его.
Это была вспышка, ничего больше, и парень, несущий поднос, двигался быстро, чтобы поставить стаканы, но она могла бы поклясться, однако абсурдно, что…
Что это был Шейн.
Но конечно это был не он. Следующие несколько секунд она стояла на цыпочках и пыталась увидеть его еще раз, но на пути было слишком много людей, и кроме того Шейн был в Морганвилле. Этот парень был высоким, с широкими плечами, каштановыми волосами. В Кембридже и Бостоне, вероятно, под подобное описание подходили сотни тысяч парней. Она скучала по нему так сильно, что уже проецировала его лицо на других, которые просто соответствуют некоторому шаблону.
Боже, она скучала по нему. Внезапно она почувствовала одышку и покраснела, испугавшись интенсивности ее реакции; она не была даже уверена, что на самом деле чувствовала. Печаль, тоску и потребность, которые просто вытягивают из нее силы.
Поток нес ее вправо, возвращая в центр помещения, и она наконец-то была в пределах досягаемости двери. Ей пришлось пробивать себе путь между входящими посетителями, некоторые из которых приветствовали хлопками своих друзей, и наконец она выбралась на свежий воздух.
Вышибала посмотрел на нее, проверил часы и сказал:
— Хорошо провела время?
— Фантастически, — сказала она. — Спасибо.
Он по-волчьи усмехнулся и вернулся к проверке удостоверений личности.
Клэр убедилась, что он не смотрит на нее, свернула за угол и направилась по узкому, не очень приятному небольшому проходу между Флори и восточной стороной соседнего здания; там никого не было, но все ощущалось таким древним и тяжелым, а кирпич выглядел так, будто ему было по крайней мере столько же лет, сколько гражданской войне, если не старше. В Кембридже и Бостоне было впечатляющее количество истории, которую она только начинала ценить.
Она не настолько доверчива, чтобы предположить, что Брайан Тейлор (из Бостон Тейлорс) готов был помочь по доброте душевной, так что она слонялась в углу на границе между узким проходом и более широкой аллеей, где была задняя дверь Флори рядом с большими промышленными баками, вонь старой выпивки и гниющей еды от которых ощущалась даже тут. Там никого не было. Она ждал, и ждала, глядя на часы: пятнадцать минут, и до сих пор никаких признаков Джесси.
Может, Брайан надул ее. Или Джесси это не заботило.
Прошло еще минут пятнадцать, и Клэр готовилась снова попытать счастье с вышибалой, когда наконец задняя дверь с шумом распахнулась, и Джесси вышла на улицу. Она потянулась, размяла длинные руки и ноги, затем вытащила пачку сигарет, вытрясла одну и поднесла ко рту, щелкнув зажигалкой.
— Это плохая привычка, — сказала Клэр, выходя. Джесси глубоко затянулась, выпустила облако дыма и улыбнулась.
— Знаю, — сказала она. — Итак. Что такого срочного, ради чего я должна тратить своё драгоценное время перерыва? Пожалуйста, не говори мне, что тот парень наблюдает за твоим домом. Сейчас у меня нет времени.
— Доктора Андерсон навестил кто-то из правительства, когда я еще была там, — сказала Клэр. — Она хотела, чтобы ты знала об этом.
— Ха, — Джесси нахмурилась и сделала еще одну большую затяжку, задержала дым, а затем позволила ему медленно просочиться серым туманом. — Они искали что-то особенное? Они спрашивали, над чем она работает?
— Над чем вы с ней работаете? Потому что без обид, но бармен, кажется, с наименьшей вероятностью в мире объединится с преподавателем физики.
— Эй, во мне есть серьезность, — сказала Джесси. — У нас есть кое-что общее.
— Да, я понимаю, вы друзья, но с чего бы ей звонить тебе из-за визита ЦРУ или кто они там? Так же она просила не конкретно тебя. Она сказала, чтобы я позвонила доктору Флори. Это значит, тебе или Питу. Верно?
Джесси не торопилась c ответом. Она сделала последнюю затяжку, погасила сигарету о кирпичи и наконец сказала:
— Это означает, что кому-то из нас, да. Слушай, это ведь не твое дело, Клэр, и ты понимаешь это, правильно? Так зачем туда лезешь?
— Потому что я работаю с доктором Андерсон, и если я что-то и знаю о работе с жуткими учеными, так это что лучше быть в курсе, чем они занимаются, если не хочешь себе проблем, — парировала Клэр. — Я не говорю, что делаю это из побуждений альтруизма. Это эгоизм.
Она заработала этим взгляд, который был, по крайней мере частично, восхищением.
— Ладно. Учтем твою задницу. Теперь скажи мне точно, что она сказала. Слово в слово. Сможешь?
— Она сказала "Позвони доктору Флори и поставь его в известность". Это все.
— Стандартное предупреждение, — ответила Джесси. — Не такое, что сразу беги-скрывайся, как в DEFCON 4 (прим. пер. — компьютерная игра). Так что пока все в порядке. Уломаю Пита, чтобы он удостоверился, в порядке ли она.
— Я думала, ты пойдешь.
— Питу уехать проще, чем мне. Люди замечают, когда я ухожу. Говоря о… — Джесси посмотрела на часы, — времени панического бегства. Боже, я ненавижу ночные игры, за исключением тех, когда мне хорошо платят.
Клэр кивнула.
— Ладно. Что ты хочешь, чтобы я сделала?
— Иди домой, — сказала Джесси и подмигнула ей. — Хотя тот горячий парень, который передал мне твое сообщение, все еще ждет тебя. Воспользуйся случаем. Он был вежливым.
— Он просто делал мне одолжение, — сказала Клэр и почувствовала, как ее щеки порозовели. — Я иду домой.
— Твоя потеря. Будь осторожна, — сказала Джесси. — Если за Андерсон следят, то и за тобой наверно тоже, хотя не то чтобы они действительно ожидают что-то найти. Ты восемнадцатилетка из Захолустье, штат Техас, в конце концов. Они не знают, что втайне ты задира.
— Я задира? — спросила Клэр. Джесси ничего не знала о ней — или, по крайней мере, она просто предположила, что оказалось правдой.
— О, да, — сказала Джесси и улыбнулась в темноту. — Иначе ты бы не смогла выжить у Мирнина.
С этим потрясающим комментарием она вернулась внутрь, и задняя дверь захлопнулась за ее спиной. Клэр смотрела ей вслед, мысли хаотично вертелись в ее голове, но, наконец, осталась лишь одна — она знает о Мирнине. И Морганвилле.
Кто же она?
Клэр знала, что ей придется решить эту загадку… но не сегодня. Было темно, и в этом жутком переулке ей вдруг очень сильно захотелось оказаться в безопасности их небольшого дома, запереть двери и позвонить Шейну.
Ей нужно было услышать его голос.
Ощущение безопасности, как оказалось, не входило в ее планы, потому что когда она вернулась домой, к входной двери была прикреплена официально-выглядящая карта, и когда Клэр сняла ее, то увидела, что она от полицейского управления. В записке было сказано о попытке взлома, о которой им сообщил прохожий, а также, что нужно проверить всё внутри и замки, чтобы удостоверится, что никто не входил.
Потрясающе.
Деррика не было на его обычном посту, что было хорошо, так как записка заставила Клэр чувствовать еще большую паранойю, и она бросилась внутрь, заперла дверь и окликнула Лиз. Бесполезно, потому что конечно же Лиз не было дома; она бы взяла записку, если бы была. Всё ещё было тихо, темно, Клэр методично всё обошла, проверила все окна и наконец оказалась в ее комнате наверху, с закрытой дверью и ярко-горящим светом. Она приложила усилие, чтобы распаковать еще несколько коробок (она быстро заполняла свободное место тем, что привезла) и завершив работу, она включила свой ноутбук и попыталась дозвониться Шейну по Skype. Ответа не последовало. Потом, попытавшись дозвониться на телефон и получив всё то же отсутствие ответа, она попробовала набрать Еву.