— Даже не пытайся. Может ты и сдала Мирнина, но это не значит, что я доверю тебе игрушки, Клэр. Это нужно заслужить. Я верю, что ты далека от этого, так как я могу кинуть твоего парня прямо сейчас. А он довольно солидный парень.
Она выглядит усталой, подумала Клэр, и немного неуверенной в себе. Она смотрела на профессора Дэвиса, который пытался добыть кровь у Мирнина; у него было время, и не потому что Мирнин не боролся с ним, а потому, что он не мог шевелиться. Наконец, он приказал троим вооруженным парням поднять Мирнина с пола, и на полпути он издал звук, что-то между воплем и рыданием, который пронзил Клэр до самой души. Я сделала это. Я все это сделала.
Она с трудом сглотнула.
— И что теперь? — спросила она. Ее голос был грубым, и она никак не могла смягчить его. — У вас есть Мирнин, Оливер, Джесси и Майкл. У вас есть Шейн и Ева. Чего еще вы хотите?
— Я хочу информацию, — сказала доктор Андерсон. — Ты ученый, Клэр. Ты понимаешь, что это редкая возможность — у нас есть вампиры, которых можно тестировать в лабораторных условиях. Мы можем перевернуть всю биологию, и это является тем, что доктор Дэвис искал в течение долгого времени. Мы можем выиграть.
— Я не знала, что мы на войне.
— Конечно, на войне. И мы выигрываем на какое-то время; вампиры были больны, когда я покинула Морганвилль, и им становилось хуже. если бы ты оставила их в покое и позволила бы всему идти своим чередом, в настоящее время все уже было бы кончено.
— Вы сделали так, чтобы они заболели? — спросила Клэр в ужасе. Мирнин никогда полностью не принимал идею, что вампирский отец Амелии Бишоп был разработчиком и распространителем заболевания. Что, если это произошло прямо у него перед носом?
Но доктор Андерсон покачала головой.
— Нет. Это не моя заслуга. Я просто убедилась, что исследования болезни ни к чему не приводят. Казалось, на этот раз природа была на стороне людей, а не вампиров.
Клэр вздрогнула. Она думала, что поняла доктора Андерсон, думала, что они были похожи. Но в глубине души это было не так. Они обе выжили в Морганвилле, но это по-разному на них повлияло.
— Если ты не думаешь, что мы на войне, — сказала Андерсон, — тогда почему ты сделала это? — она похлопала металлический каркас ВЛАДа.
— Я просто хотела… хотела, чтобы у нас был способ остановить их, если бы дело дошло до драки. Вот и все. Он нужен был для обороны.
— Ну, ты знаешь, что говорят: лучшая защита — это нападение. Мы работаем над анти-вампирским оружием в течение некоторого времени. В том числе и над биологическим оружием.
— Доктор Дэвис начал эксперименты, — сказала Клэр. — Эта та недо-летучая-мышь, которая убила Деррика. Так?
— Да, — сказала Андерсон. Она смотрела на Мирнина, но без всякого сожаления или сострадания. Её взгляд был бесстрастным. Бесстрастно-холодным. — Он добился значительного прогресса, но наши образцы деградировали. Мы должны были полагаться на то, что я привезла с собой из Морганвилля, но этого недостаточно. Я работала над тем, чтобы Джесси сотрудничала со мной, со всем этим дружелюбием, но она умнее. Если бы она спокойно все сделала, мне не пришлось бы предпринять то, что я сделала.
— Джесси…?
— Жива? Да. Счастлива? — Андерсон покачала головой. — Я не хотела этого делать. Но это она втянула меня во все это. На ней датчик. Эффект еще не спал. Я начинаю беспокоиться, что луч необратимо повреждает нервную систему.
— Необратимо? Что вы сделали с ВЛАДом? Не предполагалось, что он будет таким мощным…
— Я выполняла свою работу, — отрезала доктор Андерсон. — Твоя работа, если ты хочешь остаться на правильной стороне, взять модель, которую использовал доктор Дэвис, и заставить ее работать как надо. У меня не было времени завершить ее до наступления кризисной ситуации. Из-за прибытия Мирнина мы оказались в сжатых сроках. Я думаю, что все прошло чисто, но если Амелию проинформировали, нам придется сражаться, и мне на всякий случай нужно как минимум еще одно работающее устройство. Таким образом, ты выполняешь свою часть, а я прослежу, чтобы твой парень и остальные друзья ушли невредимыми. Понятно?
— Понятно, — ответила Клэр. — Оружие доктора Дэвиса не работает? Это был блеф?
Доктор Андерсон пожала плечами.
— Я думала, ты поймешь, и это замедлило бы тебя, а я смогла бы использовать то, которое было.
Хорошая стратегия. Шейн одобрил бы.
— Мы готовы, — отрапортовал доктор Дэвис. Его головорезы надели на Мирнина что-то типа упряжи. Оливера уже вывели в чем-то похожем на смирительную рубашку. — Возвращаемся на ферму?
— Да, и чем быстрее, тем лучше, — сказала доктор Андерсон. — Никто не придет сюда до десяти, но если все же придет, то поставит все под угрозу. Выдвигаемся. Мы сюда уже не вернемся.
Ферма? Клэр не могла понять, может, это кодовое название, но не похоже, что это лаборатория МТИ. Она спокойно пошла с ними, и закончилось все тем, что она сидела рядом с Мирнином. Он был завернут в плотную рубашку словно мумия, и его голова склонилась вперед так, что темные волосы волнами спадали на его лицо.
— Прости, — прошептала она ему. — Мне очень жаль. — Она чувствовала животную дрожь его тела, волна за волной, то ли боли, то ли ужаса, или того и другого. — Я никогда не хотела, чтобы такое произошло, Мирнин, клянусь. Просто… просто я не предвидела такого.
Он повернул к ней голову. Она увидела сквозь занавесу волос красный свет в его глазах и почувствовала от него краткий импульс — голод, гнев, слепая ярость. Потом он вздохнул, повернулся и оперся о металлическую стенку фургона. Как только он двинулся, зазвенели цепи. Они не оставили никаких шансов; цепи были покрыты серебром, как и наручники на запястьях и лодыжках. Они обжигали его.
Оливер, напротив нее, был в таком же состоянии, но уже не дрожал. Может быть, у него просто больше практики в плане подавления страха и боли, а может, он недостаточно получил от ВЛАДа. Но и не сказать, что он хорошо выглядел.
Последней они загрузили Джесси.
Она выглядела ужасно. Ее рыжие волосы спутались в клубок, губы высохли и покрылись корочкой, ее глаза были болезненно-красными. Она выглядела чуждой, странной и жалкой одновременно, она тоже была в рубашке и цепях, и они приковали ее рядом с Оливером. Казалось, она не заметила Клэр, а если все же да, то осмысливала происходящее. И она выглядела опасной.
Но увидев ее, Мирнину каким-то образом стало немного лучше. Он стал меньше трястись и снова выпрямился. Так что, возможно, внутри него еще что-то осталось.
Клэр надеялась на это. Потому что альтернатива была слишком ужасной.
Это была долгая молчаливая поездка. Доктор Дэвис был впереди с доктором Андерсон, и единственной компанией Клэр, не считая абстрагировавшихся вампиров, были трое вооруженных охранников, теснящихся внутри. Ни один из них не был разговорчивым. Она даже не была уверена, что они моргали. У нее было достаточно времени, чтобы наблюдать за ними в тусклом внутреннем свете — окон не было, вероятно, к счастью для вампиров. Трое мужчин примерно одного возраста, лет тридцать-сорок, у тех, кто постарше, уже виднелась седина, но не сильно. Все здоровые. Все носили то, что походило на темные костюмы. Клэр не была экспертом, но они не выглядели дорогими, скорее… униформа.
И у всех были значки на лацканах. Восходящее солнце.
Все меньше и меньше было похоже на правительство, и все больше на частную организацию, в которой так сильно увязла доктор Андерсон. Частная, но хорошо финансируемая. Фонд Дневной Свет. Фонд, из-за которого так обеспокоены люди Джесси.
Так или иначе, это еще хуже, чем если бы правительство знало о существовании вампиров.
— Э-э-э… — сказала Клэр мужчине, сидящему рядом с ней. — Вы, ох, из Бостона?
Он ничего не ответил. Не посмотрел на нее. Он уставился на свои часы и иногда шевелил пальцами на пистолете. Он казался спокойным, но Клэр не собиралась это проверять. Ни одного из них. Шейн — возможно; ему нравится вести себя провокационно, но Клэр знала, что это плохая тактика.
Так что после нескольких неудачных попыток завязать разговор, она просто ждала.