Фернандо Лухан, директор по Афганистану в Совете национальной безопасности, написал большую часть политики в надежде, что гибкость окажет дополнительную поддержку его бывшим коллегам из "Зеленых беретов" на местах. Эта политика предоставила ССО больше свободы для сопровождения афганских коммандос и позволила Соединенным Штатам поддерживать авиаударами крупные наступательные операции афганской армии. Это также позволило Соединенным Штатам провести несколько операций в стране одновременно, что стало необходимым ответом на успех движения Талибан в проведении скоординированных атак в разных регионах одновременно.
Но по-прежнему существовали ограничения на то, что могли делать США, и наступательные удары могли быть санкционированы только на высоком уровне. Директор по Южной Азии в Совете национальной безопасности Питер Лавой заявил, что сохраняющиеся ограничения были направлены на то, чтобы заставить афганское правительство стать более самостоятельным. В результате новая политика принесла некоторое облегчение американским и афганским силам на поле боя, но этого было недостаточно. В следующем году талибы расширили свои завоевания, отбив Кундуз и угрожая полудюжине других крупных городов, показывая, что поддержка США по-прежнему недостаточна.
Глава 21. На войне нет плохих или хороших людей. Хатч
Хатч месяцами ждал, чтобы услышать, какое наказание будет вынесено после того, как расследование обстрела госпиталя было передано для рассмотрения Центральному командованию США. Тина, которой оставалось несколько недель до родов, была охвачена тревогой из-за возможных последствий для своей семьи. Будет ли для них безопасно оставаться в их нынешнем доме? Что произойдет, если они окажутся в расстрельном списке, чтобы отомстить за погибших во время авиаудара? Это была отдаленная, но возможная угроза после всего, что произошло.
Хатч проводил свои дни в офисе, хотя бы для того, чтобы выбраться из дома и сохранить ощущение нормальности. Он обменивался электронными письмами со своим начальством, заверяя всех, что с ним все в порядке. Горечь, охватившую членов его команды, было трудно сдержать. Команды, участвовавшие в операции в Кундузе, чувствовали, что их наказывают за то, что они выжили. Другие солдаты подвергли сомнению их версию событий. Хатч знал, что некоторые люди считали его монстром и заслуживали тюремного заключения, и он пытался примириться с этим.
Он знал, что команды вошли в Кундуз с наилучшими намерениями: изгнать талибов из города и избежать долгой, затяжной битвы, которая стоила бы гораздо большего числа жизней мирных жителей. В Ираке города были стерты с лица земли в ходе битвы против Исламского государства. В этом была проблема войн: они были беспорядочными. В тот момент, когда солдат попросили взять в руки оружие, произошли плохие вещи.
Он привык к переходам между Афганистаном и гражданским миром, но на этот раз было сложнее. Он не стыдился своей службы, но знал, что некоторые люди хотели, чтобы он это делал. Он беспокоился о молодых парнях. Бен Вонц, сержант-связист, который разговаривал с AC-130 в ночь удара, все еще был в шоке. Команды думали, что ССО бросают Хатча под автобус.
Хатч пытался примириться с предстоящим путем и с идеей оставить спецназ позади. Вкус смерти на протяжении всей его карьеры в армии навсегда изменил его восприятие жизни. Ничто не могло сравниться с выбросом адреналина в перестрелке, с чувством, которое читалось в его глазах, которые загорались при воспоминании о сражении. Он тратил много энергии на управление своими эмоциями. Он называл это “подведением баланса”. Расчет включал в себя обработку и хранение всех ужасных вещей, которые он видел и делал, наряду с добром и теми, кому он помог, на основе алхимического учета, который он никогда не мог полностью объяснить. Что он мог сказать, так это следующее: “На войне нет хороших или плохих людей".
Некоторое время Хатч лелеял идею поработать в группе помощи после того, как его служба в армии закончится. Было трудно представить, что какая-либо организация согласится работать с ним. Он размышлял о том, каким он должен казаться посторонним в гражданском мире: "Зеленым беретом", который бесчинствовал в Кундузе, разбомбил больницу, полную врачей и пациентов, и ему это сошло с рук. Но это не помешало ему мечтать. Он должен был надеяться, что у него будет другое будущее, если дверь в армию закроется. И у него всегда будет его семья.