В очередной день ничегонеделания в офисе, Хатчу позвонили. Ему было приказано в десять утра явиться к командующему. Он пошел в кабинет генерала и сел в кресло напротив его стола, как его проинструктировали.
Командующий сказал ему, что он восстановлен в должности.
- Я полностью доверяю вам, и я верю, что вы не сделали ничего плохого, - сказал он Хатчу. - Я хочу, чтобы вы обжаловали свое освобождение от командования, и я предоставлю вам полный доступ к расследованию.
Хатч на мгновение остолбенел. Следующие слова прозвучали как в тумане.
- Мы должны были быть уверены, что гражданские лица действительно погибли. Вы должны сотрудничать с расследованием по извлеченным урокам и быть честными, чтобы мы могли понять, как избежать этого в будущем. Мы обязаны перед самими собой и всеми остальными внимательно посмотреть в зеркало, - сказал офицер.
Следователи, рассматривавшие это дело, обнаружили ошибку в системе слежения и нашли афганских коммандос там, где, по словам Хатча, они находились: под обстрелом возле тюрьмы разведывательного управления. Хатчу бросили спасательный круг. Он все еще мог спасти свою карьеру в армии. Если он сможет успешно обжаловать решение об отстранении его от командования в Афганистане и оно будет удалено из его личного дела, он сможет вернуться к своей профессии. Как минимум, он сможет отсидеть еще несколько лет, пока не сможет получить пенсию. Он был в долгу перед Тиной, которая отказалась ради него от своей карьеры. Хатч отправился домой с этой новостью.
В апреле 2016 года генерал Джозеф Вотел объявил окончательные результаты расследования удара по больнице в Кундузе. Военные установили, что удар не был военным преступлением, а стал результатом совокупности человеческих ошибок, технических сбоев и других факторов. Американские военные выплатили по 3000 долларов каждому раненому и по 6000 долларов семье каждого убитого.
Генерал Вотел сказал, что двенадцать из шестнадцати человек, участвовавших в ударе по больнице, были наказаны отстранением от командования, выговорами в письменном виде, официальными консультациями и обширной переподготовкой. В список входили офицер штаба, экипаж самолета огневой поддержки AC-130 и группа спецназа США на земле. Он не предоставил дальнейших подробностей. Имена наказанных так и не были обнародованы, но Хатч был среди тех, кто получил выговор в письменном виде, как и командир его батальона полковник Джонстон и другие.
Самые суровые наказания были предусмотрены для членов летного экипажа, которые, как было установлено, допустили серьезные ошибки и были временно отстранены от полетов. Генерал Фогель объяснил, что члены летного состава предстанут перед комиссиями по переаттестации, чтобы определить, имеют ли они право на возвращение статуса летчика. Они не летали с момента инцидента. Военные США выделили 5,7 миллиона долларов на ремонт больницы.
Организация "Врачи без границ" была возмущена. Группа помощи ответила, что наказания были слишком мягкими ввиду разрушения охраняемого медицинского учреждения, и призвала Международную гуманитарную комиссию по установлению фактов провести независимое расследование. Он также опубликовал список из десяти вопросов, которые остались без ответов. В первом запрашивалась дополнительная информация о том, почему физическое описание цели для AC-130, предоставленное афганскими силами, соответствовало больнице. Этот вопрос остается без ответа.
Группа по оказанию помощи также попросила сообщить, кто в цепочке командования в конечном счете несет ответственность за сорок два человека, погибших в больнице той ночью. На этот вопрос, наряду со всеми остальными, так и не был дан ответ. Выводы военных мало утешили жертв и выживших после взрыва. Отчет о расследовании объемом более трех тысяч страниц был опубликован, но он был сильно отредактирован, и полные стенограммы переговоров экипажа самолета с различными отрядами на местах опубликованы не были. Основные факты, связанные с ударом, по-прежнему оставались неясными. Выжившие продолжали жить как в тумане.
Доктор Масуд Назим перевез свою семью в Кабул. Первые два месяца ему было трудно спать, есть и вообще что-либо делать. Ему казалось, что он почти умер во время авиаудара. Многие другие выжившие чувствовали то же самое. Сотрудники-иностранцы были эвакуированы и вернулись в свои дома в далеких странах.
Доктор Эванджелина Куа, вернувшись на Филиппины, избегала говорить со своей семьей о том, что произошло в больнице в Кундузе. Она не хотела, чтобы они волновались. Сначала она оставалась дома, но, поняв, что не может перестать переживать авиаудар, вызвалась преподавать в медицинской школе, чтобы чем-то себя занять. Ей снились кошмары, и ее выводили из себя петарды.