— Что там? — взволнованно спросила Адена. Услышав её голос, он вздрогнул и посмотрел на неё. Затем он резко выбросил пустую банку, быстро взял другую, лежавшую рядом, и прочитал этикетку. Не тратя времени, он выпил содержимое. Адена смотрела на него с растерянностью и беспокойством.
Девятый бодро встал, заправил рубашку в штаны, надел мантию. Затем он вытер нож о рубашку торговца и убрал его обратно под мантию. Оглядевшись, он увидел, что возле города-муравейника снуют люди, но они находятся достаточно далеко, чтобы не заметить их возню. Кроме того, они делают это возле тёмных корявых кустов лишайника, и издалека они, вероятно, сливаются с ними.
Оценив ситуацию, Девятый склонился над убитым и начал обыскивать его. На глаза Адены навернулись слёзы осознания того, что они сделали.
— Это же… Это же грех… Самый страшный… Мы… у… у…
— Его убили? — холодно спросил Девятый. — И это только начало. Если тебе это не нравится, придумай другой способ.
По щекам Адены потекли слёзы. Она закрыла глаза и сжала руки в замок.
— О, Солнцеликий, молю, пощади наши души, ибо мы совершили непростительный грех…
— Хватит.
Адена поджала губы и замолчала, начав беззвучно молиться. Она услышала шорох одежды и шаги. Открыв глаза, она чуть не отшатнулась, но Девятый успел схватить её за предплечья.
Сверкнув глазами, он процедил:
— Не надо молиться, особенно за меня. Мои грехи останутся со мной навсегда. И пойми, наконец, что нельзя пройти через грязь, не испачкав обуви. Замаливать грехи будешь, когда вернёшься в свой город. А сейчас ты часть подземного города, поняла?
Адена кивнула, дрожа губами.
Девятый отпустил её и взглядом указал на ящик:
— Клади всё в мешок. Оно может нам пригодиться.
Адена кивнула и, вытирая слёзы, склонилась над ящиком.
5. Терзания
Адена забрала все баночки и увидела, как Девятый затащил тело в заросли и накрыл его ветками гигантского лишайника. Выйдя оттуда, он отряхнул одежду от пыли и надел мантию.
— Всё собрала? — спросил он у Адены.
— Да, — ответила она.
Девятый поднял ящик и с силой швырнул его в заросли.
— Тогда пойдём в город и обменяем их на селенит или ракушки. Насколько я помню, здесь ракушки используют как средство обмена, — сказал Девятый и решительно направился в сторону города.
— Ракушки? — слегка оживилась Адена. Она вспомнила, как в детстве собирала перламутровые ракушки на побережье вместе со своим братом.
— Да. Кажется, этих моллюсков выращивают на местной ферме в пруду. Торговец о ней говорил, — ответил Девятый.
Адена кивнула, понимая, о чём идёт речь. Она улыбнулась, хотя улыбка получилась немного натянутой.
— У нас в качестве обменника используются золотые, серебряные и бронзовые монеты. А в редких случаях — драгоценные камни, в том числе селенит.
Девятый, не сбавляя шага, взглянул на неё.
— Слышал, что на верхних слоях похожие обменники. Но сам их ни разу не видел. У нас там, снизу, селенит меняют на еду, утварь и тряпье, — неохотно сказал он и нахмурился. — Если очень повезет с заезжим торговцем, можно отвары с мазями достать.
— Ясно, — сказала Адена и посмотрела на город. Теперь, когда она присмотрелась, здания стали видны более отчётливо. Раньше они казались просто пятном из многоэтажек, а теперь можно было рассмотреть детали: мощные мосты и лестницы, соединяющие здания, крохотные окошки, из которых лился яркий свет.
Сначала Адена не поняла, зачем нужны такие маленькие окна. Но потом она догадалась, что они, вероятно, предназначены только для вентиляции. По мере приближения к городу они стали чаще встречать кусты, похожие на лишайники. Они были разных размеров и расцветок. Под некоторыми кустами виднелись кучи белых пупырчатых шариков, напоминающих грибы.
Адена сразу же надела колпак, когда они начали встречать людей на пути. Их внешний вид был менее отвратительным, чем у тех, кто остался за стеной. Серая кожа и сыпь всё ещё были заметны, но не было ужасных гнойных волдырей, провалившихся носов и культей вместо рук. Они выглядели как обычные люди и передвигались ровно. Из-за этого Адена немного расслабилась и начала смотреть на Девятого. Он почти не отличался от местных жителей, за исключением слишком осунувшегося лица, похожего на обтянутый кожей череп, и многочисленных неровных шрамов от ранений.
Они наконец добрались до города и вошли на его улицы. Здесь Адена была поражена увиденным. Улицы напоминали лабиринт, состоящий из множества уровней. В воздухе между зданиями были перекинуты мосты, по которым сновали люди. Людей было так много, что Адена чуть не потеряла из виду Девятого, засмотревшись на необычную архитектуру.