Пальцы крепко сжали рукоять ножа, когда он услышал шаги из-за двери. В голове промелькнула мысль о том, что нужно будет принести Адене доказательство, чтоб ее душа получила удовлетворение и они смогли спокойно двигаться дальше. Дверь скрипнула, и Девятый нарочито согнул ноги в коленях, подтянув их к груди, аккуратно дернул цепью и принял под пледом позу эмбриона.
— Моя прелестница, скоро состоится казнь тех иноверцев, что владели тобой, и мне нужно присутствовать там. Но перед этим я хочу насладиться тобой, и никто не посмеет помешать нам… Но… Похоже, тебе сначала нужно принять ванну. Хм-м, понимаю… Должно быть, эти уроды кормили тебя всякой дрянью. Что ж, их ждет страшная смерть, не волнуйся, — шаги прозвучали совсем близко. — Пойдем, я помогу тебе помыться, прелестница моя. Не волнуйся, твою красоту ничто не омрачит, особенно в этом отвратительном месте.
14. Животные
После ужасно долгого пути Адена наконец увидела просвет. Такой искренней радости и облегчения она не испытывала давно. От едкого зловония забродивших нечистот всё внутри выворачивало наизнанку. Шла кругом голова, и в глазах стояла муть. Хотелось лишь одного: выбраться поскорее, проблеваться и просто подышать нормальным воздухом. Под конец пути ей уже казалось, что она просто упадет в обморок и захлебнется этой смрадной жижей. И только подумав об этом, она брала себя в руки и шагала дальше. Хуже такой смерти и придумать сложно.
Ящерка, едва выбежав наружу, резко припала к земле и затаилась. Адена заметила это даже сквозь мутную пелену слез. Она тут же остановилась и вспомнила о Девятом. Села на корточки и причмокнула губами, подзывая ящерку. Та напуганно подползла к ней, и Адена дала ей понюхать край рубашки Девятого.
— Ищи, — шепотом произнесла она, и ящерка навострилась. Деловито вытянула шейку и раздула ноздри. Адене сейчас почему-то она уже не казалась пугающей и противной. А даже наоборот. Ящерка, словно учуяв что-то, быстро рванула обратно в темень.
Адена притихла и начала наступать с особой осторожностью, двигаясь в сторону выхода. Все ее внимание сосредоточилось на зрении и слухе, и запахи вмиг перестали волновать. Она услышала очень странный чавкающий звук, который был очень похож на жевание коровы. Словно кто-то большой что-то ест. Адена, невзирая на страх, аккуратно подошла к краю тоннеля и слегка высунулась. И от увиденного у нее тут же перехватило дух. Шагах в десяти от нее, на каменистой поверхности лежало животное размером, кажется, с ту самую корову. Но больше оно напоминало амфибию, только с головой нормального размера. Его лапы были сложены под бочкообразное тело, и длинный хвост прижат к туше, огибая живот. Большие глаза, похожие на глаза ящериц, лениво моргали, глядя на воду, и оно что-то монотонно жевало. Но Адену особенно поразила расцветка животного. Его светлая шкура завораживающе переливалась на свету, и ее покрывали мелкие темные округлые пятна, будто крапинка. Она мерцала от каждого вздоха животного, и вдруг Адене подумалось, что не из нее ли были сшиты некоторые наряды господ? Но в эту сторону ей больше не хотелось думать.
Она настолько залюбовалась животным, что не сразу заметила еще одну маленькую тушку рядом с той большой. Только когда та лениво потянулась, вытянув маленькие лапки, Адена увидела его. Уж больно оно сливалось с камнями и напоминало их же. Адена поняла, что перед ней мать с детенышем, и ей почему-то от этих мыслей стало умилительно. Даже на миг захотелось подойти к ним и погладить. Но, естественно, она понимала, что этого делать не нужно. Вдруг они ее просто съедят.
Она просто продолжила тайком наблюдать и увидела, как большое животное отрыгивает на землю голубую кашицу. Адена сразу вспомнила про лишайники. Детеныш подскочил и начал жадно пожирать отрыжку. Адена в этот миг осознала, что это просто животные. Такие же животные, как и те, что живут у них там, наверху.
Она перевела взгляд в сторону темного тоннеля. Стала ждать Девятого, и в голову тотчас полезли ужасные мысли.
Примут ли семья ее обратно такую? Она же теперь в качестве жены не будет никому нужна и принесет лишь позор в свою семью. Единственная дочь, которая лишилась чести до брака… Мать не вынесет этого известия и впадет в отчаяние. А отец…