Джекс обеими руками обхватил мои бедра, а я отстранилась и посмотрела на него сверху вниз.
Потом, положив ладони на плечи, стала тереться о него, медленно, но очень, очень сильно, так, чтобы почувствовать каждый сантиметр.
– Черт, – прорычал он, глядя на меня. – Я всегда знал, что ты потрясающая.
Его плечи напряглись под моими руками, когда он взял меня за задницу и притянул к себе.
Я попыталась убрать его руки от своей попы, на которой была лишь тонкая полоска стрингов. Я не хотела заходить так далеко, но и останавливаться не собиралась, чувствуя, что должна хотя бы попытаться, несмотря на то что попытки мои были жалкими. Рано или поздно мы достигнем точки невозврата, и чем больше его руки прикасались ко мне, тем меньше мне хотелось останавливаться.
Коснувшись его губ, я умоляюще прошептала:
– Я должна почувствовать тебя, Джекс. Мне нужно больше, – я все быстрее двигала бедрами вперед-назад, снова и снова. – Больше, Джекс. Пожалуйста, – простонала я. Мне нравилось это трение.
Он протянул руку вниз, и я услышала звук расстегивающейся ширинки, отчего мое сердце моментально забилось чаще. Приподнявшись подо мной, он немного спустил шорты, снова обхватил меня за задницу и прижал к своему горячему члену.
Мои трусики. Единственное, что отделяло меня от него. Единственная вещь, которая стояла между нами.
– Джекс, – всхлипнула я, почувствовав, как тепло и влажно стало внизу. – О господи.
Я сглотнула, а потом еще раз – удовольствие от этой близости с ним превратило меня в комок нервов.
– Останемся в одежде, хорошо? – Я начала тереться о него через одежду. Эти ощущения нравились мне и пугали меня в одно и то же время.
Он запрокинул голову назад и закрыл глаза.
– Мне все равно. Просто не останавливайся.
Как будто я хотела остановиться! Ему нравилось то, что я делала; его прерывистое дыхание, напряженные мускулы, пот на шее, наши вздохи и стоны в душном и влажном воздухе машины – мне нравилось все это, мне хотелось закричать, так мне было хорошо.
Сжимая мои бедра, он раскачивал меня туда-сюда, и я терлась о его член снова и снова, сильнее и сильнее, и мне казалось, что мои трусики вот-вот воспламенятся.
– М-м-м… ты такая влажная, – произнес он, лаская языком мочку моего уха. – Я это чувствую.
Я обвила руками его шею и прильнула к губам, выдохнув:
– А ты твердый… такой твердый.
Его руки медленно, дразняще проникли мне под блузку; большими пальцами он выводил круги на моем животе.
– Джекс, нет, – запротестовала я, убирая его руки из-под блузки. – Мы не должны заходить так далеко. Мы не сможем остановиться.
– Если бы ты только знала, как меня заводит это твое «нет»…
Я водила кончиком языка по его нижней губе.
– Разве тебе не приятно?
Он стянул с себя свою мокрую футболку и бросил ее на пол.
– О да, мне приятно.
Он обхватил ладонями мое лицо и поцеловал в губы.
– Но быть с тобой так близко и не иметь возможности устранить этот крошечный кусочек ткани, – он прикоснулся к резинке моих трусиков, отчего у меня по телу пробежала дрожь, – которая не дает мне войти в тебя, – это настоящая мука. Я так сильно хочу тебя, Кейси, – почти прорычал он. – Я всегда тебя хотел.
Я вскрикнула: его член внезапно дернулся, плотно прижавшись к моему клитору. Я прильнула к его губам, и мы вдыхали друг друга.
– О Джекс, – воскликнула я. Между ног у меня все горело, и я хотела большего.
Боже! Джекс держал меня крепко, двигая вперед-назад, он хотел этого так же сильно, как и я.
– Эй, Джекс!
Кто-то постучал кулаком в стекло с водительской стороны, и мы оба, вздрогнув, подняли головы.
– Какого?.. – процедил Джекс сквозь стиснутые зубы, сжимая мои дрожащие бедра. Оргазм, который был так близок, медленно отступал, и пульсация между ног становилась невыносимой. Я тяжело дышала, желание было до боли сильным. Он тоже это чувствовал?
– Джекс! – снова позвал парень, и я поспешила перелезть на пассажирское сиденье.
Джекс ударил кулаком по рулю, зарычав.
– Оставайся здесь, – скомандовал он мне.
Толкнув дверь, он вылез из машины. Вид у него был напряженный, и эрекция была заметна. Я простонала себе под нос, на лбу выступила испарина.
– Привет, приятель.
– Какого черта? – проворчал Джекс, выходя из машины и без стеснения застегивая шорты.
Дождь кончился, но я не заметила, когда это произошло.
– О, чувак. – Я увидела, как ноги парня попятились. – Извини. Я не знал.
– О чем ты не знал? Тебя что, не смутили запотевшие стекла?
Я закрыла лицо ладонями. Не может быть, чтобы он это сказал.