Он провел языком по моей шее вверх, к уху, прихватил мочку зубами.
– Не знаю, – ответил он игриво. – Хочешь, чтобы я перестал?
Я повернула голову к нему, чувствуя, как раскален воздух между нами. Он запустил пальцы в мои волосы и накрыл мой рот своим. Ощутив на языке аромат корицы, я прильнула к нему губами, лизнула его.
Потом он отрвался от меня, и я лишь моргнула, когда он опустился на колени, расстегнул мои шорты и стащил их с меня вместе с бельем, а затем впился зубами в мою плоть.
– Джекс! – закричала я.
Господи! Кругом же люди! Черт!
Он держал меня за талию, целуя и покусывая мою задницу.
У меня между ног разгорался настоящий пожар.
– Джекс, боже, – простонала я. – Сюда кто-нибудь может прийти.
Он встал на ноги, подхватил меня и понес к стене, оставив горку моей одежды на пыльном полу.
Снова опустив меня на ноги, рывком снял с меня майку. На нем по-прежнему были прямые черные штаны, сидевшие низко на талии, но удерживаемые на месте черным ремнем. Однако футболку он уже с себя снял, и она торчала из заднего кармана.
Нависнув надо мной, он смотрел с вызовом.
– Никто сюда не придет.
И с этими словами положил ладонь мне на ключицу, а потом медленно провел ею вниз, задержавшись на груди. Я закрыла глаза и, запрокинув голову назад, позволила ему ласкать меня.
– Твое мороженое тает. – Я уловила в его голосе иронию.
Он поднял мою руку, забрал у меня мороженое и облизал все мои пальцы один за другим. А потом прильнул к моему соску холодным ртом, и я ахнула. Мои и без того отвердевшие соски набухли еще сильнее, а внизу живота бушевал ураган.
– Тебе нравится, – сказал он удивленно. – Спорим, это тебе понравится еще больше.
И он опустил палочку с мороженым вниз и провел ею у меня между ног. Я схватила его за плечи, впившись ногтями, и простонала:
– Какой же ты засранец. – Но мне было приятно. – Пожалуйста, перестань, – взмолилась я.
Он впился в мои губы, прижался обнаженной грудью к моей, а я целовала его как в последний раз, двигаясь бедрами ему навстречу, скользя по палочке с мороженым, которую он все еще держал внизу.
Черт, как я хотела его.
– Я взбесился при мысли о том, что этот парень может к тебе притронуться. – Он продолжал водить мороженым у меня между ног.
Боже. Я крепко зажмурила глаза. Как же приятно.
– Он не трогал меня, – я покачала головой. – Ты об этом так беспокоишься?
Он оставил этот вопрос без внимания, продолжая гладить меня по бедру и водить мороженым.
– Джекс, – прошептала я ему в губы. – Ты – тот, о ком я думаю.
Не успела я опомниться, как мороженое исчезло, а Джекс оказался у меня между ног и стал слизывать алый сок с моей кожи.
– Господи, – я схватила его за волосы.
Закинув мою ногу себе на плечо, он обхватил губами мой клитор. Спиной я вытерла всю грязь на стене, жаркий воздух обжигал все внутри. Я тяжело дышала.
– Джекс, как мне жарко… – Мои волосы липли к шее и лицу. – Детка… – Я крепче сжала его волосы, готовая, черт возьми, сесть ему на лицо и сделать все сама, если он остановится.
Он целовал мой клитор, складочки, внутреннюю поверхность бедра…
– Ты вспотела… – Он стал лизать мое бедро и живот. – Черт, я не прочь с тобой поиграть.
Я сглотнула и опустила ногу. Схватив его за хвост у самого затылка, я заставила его посмотреть на меня и произнесла:
– С меня хватит игр.
Не знаю, почему – то ли от сильнейшей пульсации внизу живота, то ли оттого, что он сводил меня с ума своими взглядами, языком и своим проклятым упорством, – но я была готова закричать.
– Пожалуйста, трахни меня, – прошептала я.
Я была готова. Я нуждалась в этом!
Его глаза вспыхнули. Впервые в жизни он казался растерянным.
Какое-то время он молча переводил дыхание, а потом как в замедленной съемке поднялся и встал надо мной. Мои ладони легли ему на грудь, я смотрела в его глаза, пока он расстегивал ремень. Приглаживала волосы у него над ухом, вдыхала его запах – запах покрышек и машинного масла, а он достал презерватив, спустил штаны и сбросил их с себя.
И я продолжала удерживать его взгляд даже тогда, когда он расправил на себе презерватив и поднял меня, прижав спиной к стальной стене.
Я висела у него на шее, моя голова была запрокинута, кольца в его сосках щекотали мне грудь, его губы касались моих.
– Я хочу тебя, – прошептала я. – Я хочу ощущать на коже твой пот, во рту – твой язык, а внутри – твой член. Джекс, я твоя, – выдохнула я. В горле у меня пересохло. – Только твоя. Навсегда.
Он схватил меня за шею, жестко поцеловав в губы, и я ответила на его поцелуй с той же силой.
А потом он опустил руку между нами и направил себя в мое тело, и я сильно прижалась к его губам.
– Боже, – выдохнула я и всхлипнула, крепко зажмурившись и дрожа всем телом. Сантиметр за сантиметром он входил в меня. – А-а-ах, – снова простонала я, замирая и ощущая, как растягивается все внутри.
Твердый и мощный, он входил все глубже, и по моему животу и бедрам разлилась волна жара. Я запрокинула голову назад, ухватившись за его шею обеими руками.
Мы были одним целым, и я была в огне.
Теперь я принадлежала ему.