— Ну, привет, Натали, — Данэм шагнул в сумрак палаты, придвинул стул ближе к койке спинкой вперёд и сел, по-ребячьи сложив голову на скрещенные руки.
— Что это было вообще?!
Она выпрямилась на кровати, наручники громко лязгнули о жестяной поручень. Ривере не давал покоя вопрос — на кой чёрт ему сдался тот идиотский маскарад с переодеваниями. Он мог получить от неё всё, что угодно, просто приставив к виску ствол. Он мог вывернуть её наизнанку, не выходя из номера, но отчего-то дал ей уйти. Эйса ощущала, что её, словно оглушенную жертву, выпустили из логова хищника, чтобы снова поймать по кровавому следу забавы ради.
— Ну-у, забавно было наблюдать, как ты пытаешься слинять от меня со мной же, а дальше… Я не дурак, чтобы отказаться.
Данэм улыбнулся, в его внимательном взгляде блеснули искры азарта завоевателя. Ривере захотелось съездить ему по роже.
Эйса пыталась найти хоть один изъян, который выдавал бы в нём больного на голову потрошителя, но не могла. Он был нормальным, он внушал доверие и симпатию, его угловатое мужское обаяние, абсолютно адекватное поведение, мальчишеский прикид из простых чёрных джинс и толстовки — совокупность всех этих факторов толкнула Эйсу в его постель в ту злосчастную ночь. Она не чувствовала опасности, интуиция тогда впервые подвела её.
— Почему башку мне не отпилил?
— Очередь твоя не подошла, — он запросто пожал плечами, будто они обсуждали вчерашний бейсбольный матч.
— Как это мило.
— Не то слово, — Данэм выпрямился и вынул пистолет.
Эйса чувствовала, как под натиском челюстей у неё скрипят зубы. Диалог не имел смысла перед неизбежным фактом того, что она сегодня умрёт. Чуть наклонив голову, Данэм смотрел на неё сквозь надменный прищур, едкая ухмылка делала черты его лица жёстким. Его глаза под выпирающим, широким лбом казались чёрными провалами, а тёмная щетина закрыла половину лица, подчёркивая полные губы, казавшиеся при тусклом освещении тёмно-вишнёвыми.
— Моя очередь подошла сейчас, смею предположить?
— Ага, — под невидимым движением его пальцев щёлкнул предохранитель, чёрное отверстие пистолетного дула развернулось в её сторону.
— Так почему я в больнице, а не в морге?
— За естественную смерть мне не заплатят, а ты на куски разваливаешься.
В палате стало тихо. Эйса слышала, как по оконному стеклу скрежечут ветки деревьев, за которыми давно никто не ухаживал, и как шуршат покрышки подъезжающих к зданию машин. Энрике спрашивал о ней — так сказала бабуля. Наверное, она скоро увидится с ним.
— Я могу быть полезна…
Эйса не привыкла сдаваться без боя, несмотря на то, что шансов Данэм ей давать не собирался, а он словно ждал, когда она начнёт торговаться — его лицо озарила азартная улыбка. Ривера вжалась в подушку, когда он двинулся к ней и быстрым движением отстегнул браслет наручника.
— У тебя есть пара часов, чтобы доказать свою полезность, — развернул стул и сел так, чтобы ширинка его брюк была в прямом доступе к её рту.
Эйса опешила. Желание выжить любой ценой боролось с желанием протошниться от одной только мысли о новом соитии с этим выблядком. Она была уверена, что он дурачится, проверяет, насколько она тупая — даже если Ривера устроит ему порнхаб не выходя из палаты, Данэм не отпустит её с миром, не надо быть для этого провидицей. Минет не стоит двадцати пяти миллионов.
— Ты убил моих людей и мою сестру.
— Ты нудеть будешь или делом займешься?
Он куражился, Эйса видела — как сузились его глаза, словно в предвкушении азартной игры. Она думала о том, сколько боли ей предстоит вытерпеть, прежде чем отправиться на тот свет. В душе поднималась яростная буря сопротивления — Эйса хотела жить, но не на условиях Данэма, не на потеху ему.
— Как же, наверное, скучно тебе живётся, мразь ты конченая. Пошёл на хуй. Стреляй.
Она не думала, что говорит. Рот произносил звуки сам, и мысли оформлялись в слова прямо из подсознания, минуя разум, парализованный животным страхом смерти. Такие, как Данэм жили в иной системе координат, имея настоящую власть — власть силы и страха. Любой чиновник на любой ступени иерархии законодательной власти мог подтереться любым из своих законов — они не защищали никого, пока такие как Данэм и его хозяин живут на этой планете. Эйса знала это, потому что сама жила в такой системе. Она приняла его игру, но сломала правила.