10
С тех пор как вернулась из Африки, влюбленная, сбитая с толку, разочарованная, хожу и места себе не нахожу. Как он мог со мной так поступить, как он смел? Я же призналась ему в любви. Иногда в минуты отчаяния начинаю думать, что, может, там, в поселении Туарегов, был вовсе не он, а какая-то магия местных шаманов. Потом всё же переубеждаю себя в обратном. Пару раз даже хочу идти к нему, наплевав на опасность быть арестованной и не думая о приличиях. Но моя гордость и здравый ум берут верх. Особенно больно, когда ты видишь нормальные пары с нормальными и понятными отношениями. Вот, например, сегодня мой дорогой брат Сет всё же сделал предложение моей дорогой Би. У ребят пока нет жилья, и я любезно предложила им отметить помолвку у меня, а ещё ведь я наконец удачно сдала экзамены и поступила в университет. По нашим сведениям, войны скоро не станет. И действительно, через месяц всё окончательно заканчивается. Я еду за Тими, и ещё у меня есть надежда увидеть его и поговорить. Ведь где-то глубоко во мне оставалась надежда, что Эрик держался от меня подальше, пока шла война. Но когда приезжаю, я понимаю, как глубоко ошибалась. Он не то чтобы не хотел иметь со мной ничего общего, так он ещё и уничтожить окончательно решил меня. Он, мать его, забрал моего Тими.
После долгих поисков я нахожу его в целости и сохранности и, как всегда, на вершине мира. Но страшнее всего то, что он не один, с ним рядом весьма эффектная особа.
Возвращаюсь в Париж, у меня пока нет шансов забрать Тими. Кто я такая — после войны у моей семьи осталось только имя. О былых богатствах и речи нет. Я простая студентка, изучающая историю народов, перед ним я никто. Может, даже так лучше, что я смогу дать Тими? Ничего, кроме моей любви. И всё же без борьбы не сдамся.
В очередной раз, когда иду стричься, Хю уговаривает меня позировать для фотографии, когда я не соглашаюсь, тот предлагает большие деньги, я смогу нанять хорошего адвоката, а ещё мы подписываем соглашение, что тот не продаст ту одну единственную фотографию. На выставку в Швейцарии он просто силой меня тащит, да и Демиена не будет в городе, так что грех не съездить, отдохнуть. Кстати, я всерьёз задумываюсь дать ему шанс.
И вот, получая в галерее приятные и воодушевляющие отзывы, я нечаянно ловлю его взглядом. Это похоже на удар током. Он прекрасен, и моя ненависть к нему не меняет ничего, как и в первый день нашей встречи замираю, не смея отвести взор. На нём чёрный костюм с белоснежной рубашкой. Волосы приглажены, стоит как великолепное изваяние. Шедевр. Чёрт бы тебя побрал! Даже не знаю, где силы нахожу, чтобы подойти, но когда всё же подхожу, мной овладевает такая злость и ненависть, что я не выдерживаю и, когда он оборачивается на мой оклик, влепляю ему звонкую пощечину.
— Ну здравствуйте, Генерал, — смотрит на меня в упор, и я уверенна, что он просматривает в мыслях варианты, как меня легче прикончить.
— Ты, блядь, охуела? — да, я разозлила его.
— Допустим. Что вы собираетесь делать, Генерал? Трахнете меня перед всей галереей? Или затащите в подсобку, боюсь лифта-то здесь нет. Ведь это единственное, на что вы способны.
— Рия, дорогая ты в порядке? — это Хю.
— Да, — я просто ухожу как можно быстрее, нет, плакать я не собираюсь, а вот ног не чувствую, не хватало ещё и на колени перед ним падать. Выхожу на холодную улицу и, завернув за угол здания, прислоняюсь к стене. Холодно, блядь. Я даже пальто не захватила. Закрываю глаза и делаю глубокие вздохи, когда его запах, свойственный только ему, с нотками табака и алкоголя, заполняет мои лёгкие, я резко открываю глаза. Эрик не даёт мне даже сделать вдох, прижимает меня к себе как обычно, в грубом поцелуе. Если честно, я отрывками помню события, что происходят дальше: мы целуемся, потом мы уже в его машине, целуемся, потом в его доме, целуемся. Полночи занимаемся сексом, остальную половину — любовью. Даже после такого я не засыпаю, лёжа в его объятиях, крепко сжимаю руку Эрика.
— В чем дело, детка? — почему, ну почему я не могу возненавидеть этот голос?
— Не могу спать.
— Попробуй расслабиться.
— Я не хочу спать.
— Рия, у тебя проблемы со сном? — он кажется взволнованным.
— Скорее с пробуждением, — говорю с грустью.
— Расскажи.
— Нечего рассказывать, я не хочу засыпать, потому что когда просыпаюсь, тебя не оказывается рядом, — кажется, не надо было этого говорить. Он ещё крепче обнимает меня.
— Спи, этого больше не будет.
— Не надо, Эрик. Если бы я имела для тебя значение, ты бы пришёл после войны.
— Я пришёл до этого, просто перепутал события в твоём доме, — события в моём доме? Кажется, до меня начинает доходить. Он о помолвке Сета и Би.
Смотрю в его глаза:
— Ты думал, я выхожу замуж? — жду, когда он согласно кивает и продолжаю. — Ты дурак, Генерал, я призналась тебе в любви, и ты подумал, что после этого я сразу же выскочу замуж? — он снова кивает. — Как я могла влюбиться в такого недальновидного человека!
— Не знаю, я сам влюблён в неадекватную монашку.