В комнате отдыха царила напряжённая тишина, лишь изредка нарушаемая шёпотом присутствующих людей. Громкое «Мама!» из уст Леи прозвучало словно удар грома. Девушка кинулась навстречу вставшим с дальнего диванчика родителям. Данис встретился взглядом с отцом подруги – Фредериком, и обменялся с ним кивком в знак приветствия.
− Я скоро вернусь, найду отца. Будьте здесь. – прошептал на ухо Кэрион парень, похлопал по плечу брата и вышел в коридор. «Где−то здесь должен быть пункт слежения…» − пытался вспомнить Дан, заходя из одного пустого коридора в другой и проверяя каждую дверь. Все Жилые Комплексы были практически одинаковы, а потому через несколько минут парень наконец-то наткнулся на дверь с табличкой «ПС−32», приоткрыв ту.
−…вздурели уже. Мне по голове бутылка прилетела, хорошо шлем взял. Как там твои? Добрались?
− Добрались, добрались… Домой их отвёл. Все целы.
− Сейчас, триста вторая дивизия подойдёт, они быстренько все разойдутся.
Разговаривали два гвардейца.
− Чего стоите? Прошу! – раздался голос из-за спины, отчего Данис чуть вздрогнул, и его тут же толкнули внутрь.
Тесное относительно комнаты отдыха помещение, примерно пять на пять, с несколькими столами и железной дверью, ведущей в арсенал. На фронтальной стене находилось много мониторов, транслирующих изображения с немногочисленных камер наблюдения в комплексе. Вот, собственно, и всё. На парня пристально и враждебно смотрели двое, в бронежилетах, с дубинками. Смотрели так, будто он преступление какое совершил. Собственно, можно сказать, так и было. Неофициальное.
− Ваше имя, фамилия? – вошёл за ним в пост наблюдения мужчина лет тридцати пяти, в погонах младшего лейтенанта Национальной Гвардии.
− Прошу прощения, да. Данис Уотос. – лейтенант на несколько секунд задумался, прикидывая что-то в голове. Видимо, вспоминая знакомую ему фамилию – «Уотос».
− Что вы здесь делаете, Данис? – осторожно начал офицер.
− Мой отец, Гомин Уотос, искал его. Вы не видели, господин лейтенант? − спокойно начал парень.
− Ага… Секунду молодой человек. – мужчина достал рацию. – Дугон, это Лархер, есть информация по конвою из Цитадели?
− Никак нет, господин лейтенант. Связывались пару минут назад, пока что тишина. Должно быть в пути.
− Сообщи мне, когда они прибудут. Конец связи. – лейтенант развёл руками. – Они ещё в пути, должны быть с минуты на минуту. Вы же пришли из комнаты отдыха? Кэмрон, проводи молодого человека обратно, пожалуйста. – со своего места встал другой гвардеец, но выйти Данис не успел.
− Это Грок, вызываю пост охраны!
− Младший лейтенант Лархер, на связи.
− Лархер, закрывай ворота! Сейчас же! – уже кричал Грок. Лейтенант на секунду взглянул на Даниса, недоумевающего и растерянного. Офицер и сам недоумевал.
− Закрываю. – отозвался мужчина, нажав на какую-то кнопку на пульте управления. – Господин Грок, что с конвоем из Цитадели и подкреплением?
− На них напали, если кто-то и успеет добраться... На нас снаружи Жизы давят, пришлось уходить. Отправляй своих на дежурство. Конец связи.
Гомин Уотос, Тер−Координатор Первого Круга.
Северный Роддарм, главная улица.
В центральном Роддарме Жизов заметили ещё до того, как их колонна выехала из Цитадели. Прорывы в обороне закрыть удалось, но те твари что прошли внутрь города не стали формировать единый кулак, − небольшими группами они разбежались по всему городу, уничтожая оставшихся на улицах людей и нападая на подразделения национальной гвардии. Сейчас это, конечно, уже не имело особого значения. Стоило транспорту выехать из Цитадели, как южный фронт пал.
Гомин вместе с пожелавшими присоединиться к нему офицерами, а таковых оказалось совсем немного, ехал в бронебусе. Иначе машину называли «Мобильным Командным Пунктом» − серьёзно бронированным и вооружённым тремя крупнокалиберными пулемётами, что находились на крыше транспорта. Машина то и дело содрогалась от столкновений с брошенными на главной улице электрокарами. Приходилось терпеть и крепко держаться за поручни.
− Успеют отступить? – всматриваясь в тактическую проекцию, спросил Координатор.
− Немногие. Жизы перекроют им пути гораздо быстрее, они почти добрались до реки. На юге в комплексах успели скрыться пять дивизий.
Роддарм, как и, возможно, любой другой крупный город, стоял на реке. Голубая магистраль, шириной от шестидесяти метров, разделяла город на север и юг. Своё начало река брала на западе, в Модуанских горах, впадая в озеро Дирт и уходя в двух направлениях. Кончалась она только на востоке, практически у самого Барьера.
− Мы успеем взорвать мосты? – оживился Гомин. Следящий несколько секунд молчал, глядя на тактическую проекцию.
− Не все, господин Координатор.
− Главное – взорвите дорожные, это их задержит.
Больше идей у мужчины не было. Он молча смотрел за передвижениями подразделений Паладинов и гвардейцев к защищённым комплексам, отметками приближающихся Жизов и всё пополняющейся потерями сводкой. Главное, семье об отъезде в комплекс Гомин сообщить успел, ибо бункеры не были соединены с тоннелями города. Теперь оставалось только добраться до самого комплекса.
Колонна их состояла из десяти машин, во главе – бронебус, пробивающий дорогу сквозь оставленные на дороге гражданские транспорты. За флагманом двигались грузовые и лёгкие бронированные машины, набитые гвардейцами.
Но монстров столь грозная сила совсем не смутила. Возможно, людям Координатора просто не повезло − они нарвались на крупную группу прорвавшихся в город тварей. Из люка раздался крик, вернее – вопль:
− Жизы!!! На восемь часов!!! Идут на перехват!
− Всем пристегнуться! – заорал кто-то второй. Затрещали длинными очередями пулемёты, и Координатор полез за ремнём безопасности. Буквально на секунду он прильнул к окну: на перерез ведущей машине прорывались, как минимум, два десятка тварей, сметая на своём пути оставленные транспорты и не обращая внимания на пулемётный огонь.
− Гони, гони! – взревел двигатель, но оторваться они не успели. И не смогли бы. Боковой удар на скорости в девяносто километров час, вместе с прилегающим переворотом, настиг уже через несколько секунд. Территориальный Координатор был пристегнут и сумел избежать первого – самого страшного толчка, отделавшись лишь острой болью в шее. Но второй удар, уже при перевороте, пришёлся в голову. Прямо в смотровое стекло.