— Да не знаю, — пастушок задумчиво поковырялся в носу. — Там и красть-то нечего. Деньги продавец вечером забирает. А товар… Особо-то там товару и нету. Хлеб еще днем раскупают… Разве ландрин? Так его и не раскусишь — зубы токмо ломать.
— «Ситроен 10СВ», новенький! — глянув на автомобиль, прищурился Юра. — В милицию такой как раз недавно прислали. Товарищу Красникову. Может, пойдем да посмотрим?
— Да, — накинув на плечи курточку, кивнула Анюта. — Вдруг там наша помощь нужна? И товарищ Красников… Как думаете, он нынче сам здесь?
Вася пожал плечами:
— Посмотрим.
Начальника милиции товарища Красникова — худого светловолосого парня, больше похожего на гимназиста, а не начальство — ребята углядели еще издали. В летних полотняных брюках и светлой рубашке с подкатанными рукавами, тот совсем по-мальчишески сидел на перилах крыльца и что-то деловито диктовал такому же молодому милиционерику в белой летней форме, вооруженному химическим двухцветным карандашом и листом желтоватой писчей бумаги.
Подойдя, парни вежливо поздоровались, Анютка же чуть-чуть поотстала — поспешно снимала курточку.
— Осмотр места происшествия производится… при естественном освещении… начат в десять часов пятнать минут… закончен… Здравствуйте, ребята! Вы чего здесь?
Тут подоспела Анюта с курточкой на локте:
— Здравствуйте, Виктор… Андреевич… Мы вот подумали — может, помощь какая нужна?
— Нужна! — неожиданно улыбнулся начальник. — Понятые нужны. Хотя… Вы ж еще несовершеннолетние!
— Зато мы — комсомольцы! — выставив ногу вперед, с горстью произнесла девчушка. — И значит — имеем право.
Шмыгнув носом, Красников развел руками:
— Ну, раз комсомольцы… то, наверное, да… Кого писать?
— Меня… Пронину, Анну Степановну… и вот… Василия… Никодимовича…
— Хорошо… Алексей, дай протокол! Прочтите… Василий Никодимович — здесь распишитесь… И, Анна Степановна — вы…
— А что украли-то? — полюбопытничала Анюта.
Начальник милиции махнул рукой:
— Да ерунду всякую. Ириски, монпасье… А вот в Зарном — там посерьезнее.
— В Зарном⁈ — ахнув, переглянулись ребята.
— Да, еще и в Зарном! Лабаз обнесли… Только — тсс! — Красников приложил палец к губам.
— Да мы никому! Честное комсомольское, — округлила глаза Анюта. — А там что украли? Уже подозреваемые есть?
— Разбираемся, — покусал губы начальник. — Кассу там унесли. Сто пятьдесят рублей тридцать пять копеек — как раз продавца зарплата! Шоколад, дорогие конфеты взяли… Еще две бутылки «сельтерской». А шерстяные отрезы не тронули! Видно спугнули субчиков.
— Говорите, конфеты? Какие именно?
— «Мишка косолапый» и «Гусиные хвосты».
— Насчет «хвостов» не скажу, а вот про «Мишку»…
Анюта вытащили из кармана курточки фантик с картиной «Утро в сосновом лесу»:
— Такие?
— Та-ак! — вскинув глаза, протянул милицейский начальник. — А ну-ка, Анна Степановна, поведайте!
Портреты предполагаемых налетчиков составляли совместно.
Старший — крепкий, плечистый, мордатый, на вид лет семнадцать — двадцать, одет в серый, с полоской, пиджак поверх синей косоворотки, и коричневые штаны…
— Фабричные, не домотканые, — припомнила Анюта. — Еще яловые сапоги гармошкой и картуз с лаковым козырьком.
— Молодец! — Красников довольно потер ладони. — Особых примет не запомнили? Ну, там родинки, татуировки, шрамы?
— Нет, ничего такого, — покачал головой Юра Ростовцев. — Физиономия такая… наглая! И прическа… ну, деревенская, под горшок.
— То есть, дома стригли, не в парикмахерской?
— Ну да.
— Хорошо, — начальник махнул рукой. — Давайте про остальных.
А вот с остальными было хуже! Если наглого главаря все более-менее запомнили, то вот его подручных — ну, никак!
— Блеклые они какие-то, — призналась Аня. — Никакие. Лет, может, по четырнадцать… да, примерно так. Может, Юра их получше разглядел?
Ростовцев подал плечами:
— Да как-то… нет. Они все время позади держались. Да! Знаете, одежда будто в чужого плеча. Ну, не по размеру!
— Больше или меньше?
— Больше.
— Ой, и я вспомнила! — хлопнула в ладоши Анюта. — Точно! У них штаны подвернуты и рукава. И новое все! Магазины готового платья, случайно, нигде не грабили?
— Проверим, — Красников кивнул и задумался.
— Они, похоже, местные из поселка… — вспомнил Юра. — Угрожали — мол, еще у нас здесь появишься — худо будет!
— Это хорошо, что местные — поселок небольшой. Однако, и город рядом. И по лесным хуторам летом народу много.
Виктор Андреевич чуть помолчал и вдруг улыбнулся: