— Черт, Кэтрин, — выдохнул я. — Ты никогда не станешь девушкой на одну ночь.
Прижав её к своей груди, я прорычал ей в ухо:
— Чтобы сделать с тобой все, что я хочу, одной ночи мне будет мало.
Я погрузил средний палец в её влажное лоно, а она ахнула от наслаждения. Потом обвёл им вокруг клитора и снова нырнул в неё.
Черт, как же тесно было у неё внутри, тесно и влажно. Мой член вздрагивал от возбуждения. Протянув руку вниз, я поправил его, испытывая жуткий дискомфорт.
Но я не мог сейчас отнести её в постель. Только не в набитом людьми доме.
Все должно было произойти в постели. В пустом доме, где она сможет издавать любые звуки, которые только пожелает. Не сегодня, но определенно скоро. Очень скоро, черт возьми.
Моя рука спустилась к её груди, и я продолжал трахать её пальцем - все быстрее и быстрее.
— Глеб, — простонала она. — Глеб, пожалуйста. Я не могу.
Я развернул её к себе лицом и прижал спиной к стене.
— Нет, можешь, — сказал я, снова запустив руку в её шорты спереди и продолжая ласкать её.
Почувствовав, как её соски упираются мне в грудь, я опустил взгляд и стал любоваться её телом. Черт, как же приятно на неё смотреть.
— Нет, — она покачала головой. Её веки трепетали от удовольствия. — Я не могу. Я не могу кончить, Глеб. Не могу сделать это с кем-то.
Я прижался к ней всем телом, прошептав ей прямо в ухо:
— Мне плевать, что у тебя было с этим козлом, твоим бывшим. Слышишь меня? — а потом прищурился и посмотрел на неё. — Погоди. Что значит «с кем-то»? Ты можешь кончить, когда ты одна. Ты это имела в виду?
Ох, черт. Внесите это в список моих фантазий.
Она отвернулась к окну, но тереться о мою руку не перестала.
— Посмотри на меня, — я мягко взял её за подбородок. — О чем ты думаешь, когда прикасаешься к себе?
Её взгляд снова устремился в окно, на людей во дворе. Она обхватила меня за талию, продолжая двигать бёдрами.
— Тебе нравится видеть их там? — спросил я, проследив за её взглядом. — Все в порядке, Кэтрин. Нет никаких правил. Ты знаешь, что если бы не это стекло, они бы все увидели. И это возбуждает тебя. Расскажи мне, о чем ты думаешь, когда прикасаешься к себе.
Она быстро посмотрела на меня и покачала головой.
— Глеб. Я…
— Скажи, — я сжал губы. — Черт, ты с ума меня сводишь.
— Я думаю о тебе, — выпалила она, не дыша. — Думаю, что было бы, если бы два года назад я позволила тебе отвезти меня домой.
— Боже, продолжай, — взмолился я, не прекращая ласкать её. — Я хочу знать, совпадают ли наши фантазии.
Я поглаживал её набухший клитор все быстрее и быстрее, ощущая пульсацию на кончиках пальцев.
— Ты сказал мне, что поцелуешь меня, — начала она. — Всего один раз, перед тем как я уеду в университет, и я этого хотела, — прошептала она, прерывисто дыша. Мой палец скользнул вглубь её, а потом снова стал ласкать клитор. — Я так сильно этого хотела, — продолжала она. — Но я не могла говорить. Не успела я осознать, как ты увёз меня на водопад. И поцеловал. Между ног.
Твою мать.
Её голос окреп, стал смелее.
— Ты задрал мое платье, Глеб. И вылизывал меня языком, — простонала она, втягивая воздух. — А я держала тебя за голову, не хотела, чтобы ты останавливался.
Она вскрикнула, и я понял, что она кончает. Её бёдра вжались мне в руку, и она положила ладони мне на плечи, впиваясь в кожу ногтями.
Я прильнул губами к её разгоряченной щеке.
— А потом что я с тобой сделал?
Она запрокинула голову назад и со стоном произнесла:
— Ты перевернул меня на живот, положив на капот своей машины, а потом задрал мое платье и трахнул меня.
Её рот открылся, глаза крепко зажмурились, вскрикнув, она застонала, задыхаясь. Я снова погрузил палец в неё, почувствовав, как напрягается и расслабляется её тело, ощущая её учащённый пульс внутри.
— Боже, — протянул я, целуя её в лоб и принимая в объятия её содрогающееся и трепещущее тело.
Она уронила голову мне на грудь, и я держат её в объятиях, пока она не отдышалась.
— Глеб, я.. — она нервничала.
— Тише. Расслабься, — сказал я, хоть мое сердце и колосилось как ненормальное, а возбуждение все не проходило.
Я стянул с себя футболку и надел на неё - взамен разрезанной. Она не стала сопротивляться, когда я подхватил её на руки и отнёс в спальню.
— На сегодня веселье закончено, — сказал я мягко, но то были самые трудные слова, которые мне пришлось произнести за всю мою жизнь.
Мне хотелось раздеться, забраться под одеяло, прижаться к ней и всю оставшуюся ночь провести, растворившись в её тепле.
— Я не преследую девушек, которые только что расстались с парнем после пятилетних отношений, — сказал я. — У тебя ещё есть время, прежде чем я сделаю попытку. Возможно, это случится завтра вечером.
— Чудесно, — пробормотала она дружелюбно, хоть в её голосе и прозвучал сарказм.
Положив её на постель, я выключил свет и поцеловал её в губы.
— Поспи. Мне кое-что ещё нужно сделать, но я скоро вернусь.
Её глаза закрылись, и две извечные крошечные морщинки между бровями разгладились - она задремала.
— Глеб! — кто-то постучал в дверь, и я резко вздрогнул. — Глеб, ты там?
========== Часть 10 ==========
Кэтрин
Я подскочила на постели, зажав одеяло в кулаке. Глеб подошёл к двери и распахнул её.
За дверью стоял молодой парень с красиво уложенными чёрными волосами, татуировками на обеих руках и пирсингом на лице в нескольких местах. Он заглянул Глебу за спину, заметил меня, и я тут же подтянула одеяло повыше. Я была одета, но все равно пыталась не выглядеть доступной.
Ага, пора мне свыкнуться с этой мыслью.
— Пацаны, кое-кого прижали внизу, — сообщил он Глебу. — Похоже, народ видел, как он что-то подлил в стакан девчонке. Будешь с этим разбираться? — спросил он Глеба, а потом снова посмотрел на меня. — Или хочешь, чтобы мы сами разобрались? — продолжал парень, намекая на то, что Глеб вроде как занят.
Этот паренёк не пытался ехидничать или отпускать двусмысленные замечания. Его вопрос прозвучал так, словно он ждал дальнейших распоряжений. Я отвернулась, качая головой.
— Кэтрин, оставайся здесь, — скомандовал Глеб и захлопнул за собой дверь как раз в тот момент, когда я недоуменно посмотрела в его сторону.
Что? Мои глаза прожигали закрытую дверь как световые мечи. Я сжала в кулаках чёрную простыню. Он это серьёзно?
Нет уж. Я не собиралась исполнять приказы Глеба как его новая игрушка.
Сбросив одеяло, я подошла к зеркалу и пригладила спутанные волосы. В памяти всплыло, как ещё недавно он запускал в них руки.
Потом заправила футболку в шорты, чтобы не казалось, что у меня под ней ничего нет. Она не была не сказать что мешковатой, но очень длинной.
Выйдя из комнаты, повернула за угол и спустилась по лестнице. Вечеринка продолжалась - в конце концов, было ещё немногим за полночь, - но толпа поредела. Елены, Адиля и Джулии нигде не было видно, и меня это слегка разозлило. Моя сестра, по крайней мере, могла бы найти меня, прежде чем уходить.
Несколько человек тусовались вокруг бильярдного стола, кто-то был в прихожей, из кухни тоже доносились голоса. Все были на расслабоне, и практически никто не обратил на меня внимания.
Из динамиков звучала песня Battle Born. Я занесла босую ногу на крыльцо, собираясь пойти к себе, но тут же вернула её обратно.
Твою мать!
— Глеб! У-ух! — заорал кто-то, и я ахнула и сдвинула брови от ужаса.
Я видела его голую спину - он навис над каким-то парнем, лежавшем на земле, и наносил удары кулаком бедолаге в лицо. Ну хорошо, не бедолаге, если это был тот тип, который подсунул девчонке наркоту, но парень-то был повержен, а Глеб все не останавливался.
Он заносил руку назад, и его кулак опускался прямо на его лицо. Снова и снова. У меня свело желудок.
Когда Глеб в очередной раз замахнулся, я увидела кровь и стремительно сбежала вниз по ступеням, подумав, что это может быть его кровь. Вытерев окровавленный кулак о джинсы, он поднялся, подхватив жертву за шиворот.