— Я не настолько скучный.
Комментарий к
Как и просили - милости!
========== Часть 22 ==========
Наступил вторник, но мне не хотелось уезжать. Днём нам было весело. Ночью - тоже. А веселье необременительно.
Я осознал, как здорово, когда у тебя есть девушка, и наслаждаться новыми для себя мелочами. Мне нравились лёгкие прикосновения невзначай, нравилось обнимать её, стоя у костра, и просыпаться с ней рядом. И это действовало на меня умиротворяюще.
Я поцеловал каждый сантиметр её кожи, коснулся её языком везде, куда мог добраться. Я потерял счёт её улыбкам и обожал, когда она кусала меня. Она забралась мне в душу, но порой, когда у меня появлялось время подумать, в мои мысли, как густой туман, закрадывалось сомнение.
Я не смогу оправдать её надежд, она станет требовательной, и все кончится плохо.
Я провёл рукой по лицу, фокусируясь на дороге. К черту сомнения. Я хороший. Я сильный. Я влиятельный. И достойный.
— Ты уверен, что я должна была одеться именно так? — спросила Кэтрин, сидевшая на пассажирском сиденье.
Посмотрев на неё, я подавил улыбку. Она никогда ещё не выглядела сексуальнее, чем сейчас, и я уже с нетерпением ждал возвращения домой.
На ней была черно-белая школьная юбочка, едва прикрывавшая попу, и серый короткий топ. Она накрасилась ярко - чёрные тени и сочная красная помада, а блестящие прямые волосы лежали на спине красивой волной. Джулия и Ева дополнили её наряд походными ботинками с металлическими пряжками.
— Там все такие. Не беспокойся.
— Я похожа на шлюху, — пожаловалась она.
— Это же вещи Евы, — подметил я в ответ.
— Она купила их сдуру и ни разу не надевала, — мрачно произнесла она. — А почему ты сам оделся как обычно?
На мне были потертые джинсы и чёрная футболка с коротким рукавом и вырезом. Я не имел привычки наряжаться.
— Я качок, и со мной сексуальная девушка-гот, — я улыбнулся. — Никто не будет страдать из-за того, что я не подвёл глаза!
Она отвернулась к окну.
— Меня бесит, что ты ничего не говоришь мне заранее.
— Я однажды рассказал Адилю. Его чуть не вырвало, — пошутил я, но отчасти это было правдой. — Я не дам тебе шанса сбежать.
Кэтрин посмотрела на меня удивленным взглядом, вероятно, гадая, стоит ли ей испугаться.
Справедливости ради надо признать, что Адиль тогда повёл себя как настоящий друг. Однажды вечером я притащил его в Питер, в клуб «Череп и Перо». Притащил потому, что мне нужно было с кем-нибудь поделиться. И по какой-то причине я не мог поручиться за реакцию Кирилла. Адиль был обескуражен, и я понял, что ему вряд ли захочется это повторить, но он меня поддержал. Он сохранил мой секрет и даже прикрыл меня, когда Кирилл стал догадываться о том, где я задерживаюсь допоздна, когда я ещё учился в старших классах.
Мы припарковались на стоянке напротив клуба, и, взяв Кэтрин за руку, я повёл её через оживленную городскую улицу. В чёрном асфальтовом покрытии, блестевшем после дождя, отражался свет фар, а воздух наполняли звуки автомобильных гудков и шум покрышек.
Не сбавляя хода, мы прошли в дверь заведения, где нас тут же окутал запах сигаретного дыма. Я протянул вышибале две двадцатки. Этот парень меня помнил. Я приходил сюда почти каждую неделю, но никогда не пытался завязать с ним приятельские отношения. Я ни с кем здесь не заговаривал и не оставался надолго. Мне не хотелось, чтобы эти люди меня знали.
— Через пять минут? — уточнил я у него.
Он кивнул: ему было известно, ради чего я сюда приходил.
— Через пять минут.
Я посмотрел на Кэтрин - она устремила взгляд на сцену. Сам я бывал здесь часто и ничему уже не удивлялся, но для неё все это наверняка представляло собой любопытное зрелище.
Старый клуб расположился на первом этаже склада, и, несмотря на то что само здание было громадным, а потолки в нем - высоченными, в клубе царила уютная и обособленная атмосфера. Здесь было два уровня. С верхнего - в форме буквы U, с перилами по краю - открывался вид на нижний, где мы сейчас находились. В помещении были несколько высоких круглых столов с табуретами и длинная барная стойка с зеркалами, а на потолке висели готические люстры.
Все было чёрное: стены, мебель, оборудование, пол, потолок и даже форма сотрудников.
Но самой прекрасной деталью обстановки являлось, вне всяких сомнений, сцена, напоминавшая театральную. Она была высокой и широкой и выполнена в затейливом старомодном стиле, с орнаментом на бортах. Благодаря чёрному цвету интерьера это место чем-то напоминало пещеру, спрятанную от всего остального мира, а звуки тяжелой музыки отпугивали непрошенных людей.
— Хочешь выпить? — спросил я, коснувшись спины Кэтрин.
Она нервно улыбнулась.
— Похоже, мне это не помешает.
Улыбнувшись себе под нос, я подвёл её к бару. Я и сам не понимал, почему мне так захотелось привести её сюда, но она ещё не сбежала, так что..
Кэтрин остановилась у бара, а когда подошёл бармен, повернулась ко мне.
— Документы у тебя не попросят, — сказал я, зная, о чем она думает.
— Уф, — она постукивала пальцами по барной стойке. — Мне Parrot bay с ананасовым соком, пожалуйста, — обратилась она к бармену, а потом тут же взглянула на меня и проворчала: — Лучше молчи.
— Я не стану смеяться, — захохотал я. — Я же сказал тебе. Мне нравится, что ты вся такая девочка-девочка.
И это была чистая правда. Кирилл обожал Еву с её пацанской прямолинейной манерой поведения, но меня такое не цепляло. Кэтрин напоминала мне о том, что мир может быть нежным и очаровательным.
Я заплатил за её коктейль и взял себе бутылку воды, а потом подвёл её к одному из столиков, развёрнутых к сцене. Из колонок неслась песня Stupify, и я положил локти на стол и попытался принять расслабленный вид.
Все остальные общались и смеялись, пританцовывали и покачивали головой в такт музыки, а у меня будто язык к небу прилип. Так было всякий раз, когда я приходил сюда.
Я знал, что она где-то здесь.
Кровь прилила к сердцу, я едва держался на ногах: так сильно нервничал. А я-то надеялся, что сегодня благодаря Кэтрин смогу отвлечься. Пытаясь взять себя в руки, я смотрел по сторонам, хотя желал смотреть лишь на неё.
Зачем я показывал ей все это? Ведь об этом не знал даже Кирилл.
Вместо того чтобы провести пальцами по волосам, я крепче сжал бутылку с водой. Я постепенно сжился с мыслью, что длинных волос у меня больше нет, и научился останавливать себя, прежде чем запустить руку в непривычную короткую причёску.
— Ну ладно, — она вздохнула с нескрываемым разочарованием. — Я терпеливо ждала целых три дня, и…
Я дёрнул головой в сторону сцены - те немногие огоньки, что горели там, начали тускнеть.
— Вот, — произнёс я, когда на сцене появилась группа. — Два гитариста, басист и барабанщик.
Она умолкла и переключила внимание на музыкантов, которые называли себя Skull Feathers - очевидная связь с названием клуба. Они достали инструменты, и музыка, игравшая в зале, стихла - слышались только одобрительные возгласы толпы.
— Кто? — Кэтрин посмотрела на меня с недоумением на лице.
Я поднял палец кверху, призывая подождать.
Барабанщик дважды ударил в барабан, и их двух факелов по бокам сцены вырвались языки пламени. Кэтрин засмеялась, вероятно, от неожиданности, и бросила на меня восхищенный взгляд. Я с улыбкой наблюдал за ней. Шоу-то я и раньше видел. Сотню раз.
Огонь бросал отблески света на её лицо, блики пламени танцевали в её глазах. Рот у неё был приоткрыт, а на лице написано удивление, как у ребёнка, который впервые в жизни видит фейерверк. Она следила за происходящим на сцене словно зачарованная.
Группа начала играть, вибрации ударных резонировали в теле, и толпа обезумела. Люди топали ногами, трясли головой, прыгали. Группа исполняла кавер-версию композиции Роба Зомби Dragula. Когда народ завопил ещё громче, я понял, кто появился на сцене, но не повернулся.
Я должен был увидеть реакцию Кэтрин. Если происходящее внушит ей отвращение, я уведу её отсюда и извинюсь перед ней. Если же ей понравится… Но я сомневался, что понравится. Это шоу было не для всех.