Неумолимое наступление Витра на земли Куральд Галайна теперь казалось ему столь же «страшным», как смерть от глубокой старости. Никому не дано остановить его, верно? А тайны со временем прокисают. С Хранителями покончено. Мир истек кровью, будущее кажется пустым, бессмысленным обещанием.
Рядом Спиннок Дюрав оперся о кривые бревна парапета. Как и Бурса, он взирал на дракона. — Семьдесят шагов в длину, — сказал он. — Или около того. Кстати, пещер ведь рядом нет? Если зверь решил впасть в зимнюю…
Скривившись, Бурса промолчал. Он сам удивлялся неприязни, которую испытывал к стоящему рядом юноше. Безрассудно, но ему нравилось испытывать это чувство. Впрочем, зависть напрасна, если не удается навредить врагу. — Вижу раны, — отозвался он. — Демон не впал в спячку. Просто восстанавливает силы.
— Ах, так. Никто не изучил его лучше вас, сир.
— Считаете, я одержим чепухой? Вообразили, что хлипкие травяные стены смогут защитить от зверя? Он может убить нас в любой момент. Но вы и остальные, вы еще тут. Да, я изучаю тварь. Благодарите, что хоть кто-то этим занялся. Мы выпустили из Витра то, что станет проклятием Тисте и может погубить Куральд Галайн.
Спиннок изучал его на свой необычный, раздражающий манер. — Мы ничего не выпустили, сир.
— Упрямое отрицание, — рявкнул Бурса, — пропитанное надеждой, но факты еще себя покажут. Да, это вы, Фарор Хенд и Финарра Стоун. Все начато вашими игрищами. — Он покачал головой. — Но вы, Дюрав, вы просто шли за ними. Вы ведь довольно-таки невинны.
— Ваши слова удивляют, — сказал Спиннок.
— Она просила хорошенько вас беречь, но тот мир успел умереть. Где же мы ныне? Да, мы в шаге от места, в котором пути разойдутся. Не желаю сопровождать вас в дорогу к родным владениям. Не хочу стать вашим домовым клинком и отдавать честь. Благородная кровь не придает вам заслуг в моих глазах. Надеюсь, вы поняли.
— Она? Кто?
— Женщина пылает по вам, Дюрав. Полагаю, к этому вы привыкли. Все так хотят вас защитить. Гляжу в будущее и вижу вас ребенком, вечным дитятей. Такова судьба мужчин вроде вас.
Улыбнувшись, Спиннок небрежно отсалютовал ему и пошел прочь, обходя стены.
Эти перебранки вошли у них в привычку, даже стали каким-то утешением. «Обходи стены, хранитель. Стереги форт. Вот твоя задача». Ничего уже не важно, и не нужен ум столь острый, как у Спиннока, чтобы понять: всё изменилось, прежнее уже не важно.
«Нужно уехать. Может, уже ночью. Оставим Калата Хастейна его горю. Ясное дело, он сломался. Все еще говорит о нас как о боевой части. Болтает о перестройке, возрождении. Но ничего не осталось. Видел дракона, Калат? Вот наше будущее — мы мясо для его челюстей, ободранные черепа будут перекатываться в его брюхе.
Девять тварей.
Они преследуют меня во снах, шепчут о судьбе. Бегу, в руках все сокровища Куральд Галайна. Корона, скипетр, монеты готовы выпасть из пальцев. И тут тень скользит сверху…»
Чуть слышно ворча, Бурса заставил себя разогнать видения. Надо уходить ночью. Это не дезертирство. Спиннок Дюрав и Калат Хастейн остаются слепыми к истинам нового жестокого мира. Он найдет Севарро, Ристанда и прочих. Старик Флатт сказал, что были и другие выжившие, они сталкивались с пестрыми группами. Все решили идти к Легиону Хастов. Пылали яростью, желали отмстить Урусандеру. После первого боя сочли себя солдатами. Поклялись, что снова встретят врага и дадут ответ мечами и копьями.
«Идиоты. Нет, Севарро была права. Ускакать, пропасть среди туманов. Мы были неудачниками. Так мы начали, к тому же жалкому одиночеству приходим.
Калат Хастейн, ты отдал командование лорду Ренду. Твое первое преступление, его не простить. Удивительно, что ты еще не отнял у себя жизнь. Кто-то должен помочь?
Я мог бы, но мне плевать. Нет, не буду. Лучше живи и страдай от угрызений год за годом, пока не прогниешь внутри и снаружи».
Вскоре Спиннок вернулся, обойдя по кругу стены. — Ночью снова будет снег, — сказал он.
Бурса хмыкнул.
Услышав звуки из двора внизу, оба повернулись и увидели командующего Калата Хастейна. Он вышел из главного дома, рядом хромал старик Бекер, неловко пытаясь попасть в рукав кольчуги. В другой руке висел оружейный пояс.
— Еще что? — пробурчал Бурса.
— Спиннок Дюрав! — крикнул командир. — Со мной. Бурса, остаешься на стене.
«Ага, взял с собой красавчика». Спиннок спустился по веревочной лестнице, явив тошнотворную ловкость.
— Бурса.