– Виноват, я видел, как вы бежали по лестнице. Вы были так взволнованны, что я подумал…
– Ничего страшного, – ответила девушка, прижав лиф к вздымающейся груди. – Все в порядке.
Он резко кивнул:
– Отлично. Тогда я пошел. Томас и Каро скоро уезжают.
– Я сейчас спущусь.
Он уже уходил, когда она позвала:
– Джон!
Фолк обернулся. Они встретились взглядами, и она прочла в его глазах ставшие уже привычными желание и болезненный страх.
– Мне на самом деле надо поговорить с вами. Сегодня же.
Он сжал челюсти. А вдруг он тоже думает о сегодняшней ночи, которую они проведут в этом доме вдвоем? И строит догадки, чем все закончится?
– Хорошо. – Джон был краток. Он опустил глаза и вышел из комнаты.
Либби оделась и пошла на веранду. Гости прощались с новобрачными. Либби присоединилась к ним, выкрикивая добрые пожелания и слова прощания, пока Томас вел Каро к ожидавшему их экипажу. Какой-то шутник привязал к нему длинные белые крепдешиновые лоскуты и старые туфли.
Молодые смеялись и махали руками, пока экипаж выезжал со двора на дорогу, ведущую из форта Барранкас.
Теперь осталось только убрать со стола. Либби заметила, как Кристофер сжал руку Пилар и с сожалением отпустил ее. Пилар радостно улыбнулась и кивнула в ответ на его реплику.
По всему видно, что они выяснили отношения. Либби радовалась: все нашли свое счастье. А как приятно сознавать, что ты приложила к этому руку!
Так почему же она до сих пор не в состоянии решить свои собственные проблемы?
– Я не останусь на обед.
Его слова, такие привычные, тем не менее стали для нее сюрпризом.
– Почему? – спросила Либби, не сумев побороть разочарование и гнев. – Я, правда, ничего не готовила, но у нас осталось много еды.
– Я пробуду в казарме до Праздника Урожая.
– Что? – Она в ужасе уставилась на Фолка. Либби не ожидала от него такой подлянки: если он будет избегать ее, у них ничего не наладится.
– Думаю, что в сложившейся ситуации это лучший выход.
Либби внимательно изучала его лицо. Никаких эмоций, челюсти сжаты.
Раздосадованная, девушка скрестила руки на груди и отвернулась. Она строила планы мести, чтобы дать волю злости и оскорбленному самолюбию.
– Продолжайте прятаться, избегать меня! Вы делаете это со дня нашей первой встречи. А я, дура, считала, что вы поведете себя как настоящий мужчина. Но, как видно, у вас вошло в привычку уходить от решения серьезных проблем. Что ж, это ваше дело, – прошипела она, прищурив глаза. – Но есть еще кое-что, от чего вам никак не отвертеться. Во время Праздника Урожая будет убит Джеронимо.
Он напрягся, словно она дала ему пощечину. Либби увидела, как исказилось его лицо. Джон был в шоке. В его загадочных глазах зажегся огонек.
– Черт побери, о чем это вы?
Он с такой силой сжал кулаки, что костяшки пальцев побелели. Фолк выпрямился и стал пугающе высоким.
Преодолев страх, Либби взглянула на него. Она трепетала от справедливого негодования.
– Вчера вечером я искала вас и мне пришло в голову, что вы можете быть в своем кабинете.
Взгляд его смягчился, но ненадолго.
– Вместо вас я обнаружила там двух незнакомцев, которые поджидали третьего. Долго оставаться под окном я боялась: они могли заметить меня.
– Так вы утверждаете, что они встречались в моем кабинете? И вы испугались, что они увидят вас?
Он ей не верил. Либби не винила его. Все, что она узнала, казалось невероятным ей самой, а ведь она слышала каждое их слово и сама видела мужчин.
– А как вы считаете, капитан? Если бы вы задумали убийство такого известного человека, как Джеронимо, что бы вы сделали с тем, кто пронюхал о ваших планах?
– Вы слышали, как они говорили об убийстве? Вы не ошиблись?
– Своими ушами. Они встретились в вашем кабинете, потому что вы уехали. Кроме того, они сказали, что похороны Джеронимо станут последним представлением с участием апачей. Тут нет ошибки. Я пряталась под окном.
– Господи, Либби! – воскликнул он, ударяя ладонями по столу. Она аж подпрыгнула. – Зачем, черт побери, вас понесло туда? Если то, что вы говорите, правда, вас могли убить!
– Вы сомневаетесь? Вы считаете, что я все придумала? – перешла в наступление девушка, ногти впились ей в ладони.
– Нет, конечно. Зачем это вам? – Он пристально смотрел на нее, изучая ее реакцию.
– Действительно, незачем, – огрызнулась она, уловив обидный подтекст в его реплике. И ей страстно захотелось, чтобы он ушел, прежде чем до него дойдет, как сильно его слова ранили ее.
– Я сказала вам все, что мне известно. Теперь я хочу знать, что вы собираетесь предпринять?