А двор встретил настороженными взглядами. Особенно Лора. Думают, что баронесса уже прикопала Камиллу под розовым кустом? Или под яблонькой?
Зато Алиса немедленно усадила кузину рядом. Еще и за плечи приобняла:
— Милая Ирэн, а я вас ищу. Вы просите о других, но слишком скромны, чтобы упомянуть о себе. Тем не менее, я выполню вашу просьбу.
— Могу я узнать, какую?
— Я принимаю в штат фрейлин малышку Софи, сестру нашей Соланж.
Еще не легче! Впрочем, как раз от малышки при дворе вреда не будет.
— Боюсь, это станет не единственной моей просьбой, — как в омут кинулась Ирия. — Теперь, когда Соланж, Софи и дама Одетта при дворе, наша дорогая тетя осталась совсем одна…
— Разумеется, я не могу не отпустить вас к нашей бедной тете. — На бледном лице Алисы — улыбающаяся маска. А в глазах плещется привычный страх. — Но, Ирэн, запомните: я жду вас назад. И как можно скорее.
— Я вернусь, — солгала Ирия. Или не солгала.
— Я совсем одна. Сейчас — когда рядом нет моего мужа.
И когда муж рядом — тоже. Но он прислал письмо, что жив-здоров. А Ирии его возвращение не сулит ничего хорошего.
И потому сейчас она бросит Алису. Хоть и обещала обратное. Вряд ли Ральф Тенмар хотел бесполезной смерти «племянницы».
Ирия Таррент слишком часто видела лишь то, что хотела. Фальшивая Ирэн Вегрэ полагала, что читает чужие мысли как открытую книгу. И порой становится страшно. Как в той детской сказке, где герой победил кровожадного дракона. А потом заглянул в гладь ручья и увидел, что сам обрастает драконьей чешуей. А ведь превратиться в благородного древнего зверя не так страшно, как в Карлотту или Полину.
— Возвращайтесь, Ирэн, — повторила герцогиня Ормхейм. — Я привыкла, что вы рядом. Пока нет друзей — трудно понять, насколько они нужны. Это больно, но терпимо. А теперь будет невыносимо, Ирэн!
— Я вернусь, Алиса, — пообещала Ирия.
Глава 9
Глава девятая.
Эвитан, Лютена.
1
Дом — совершенно пуст. Абсолютно. Целый особняк — брошен. И не заперт.
Куда делся Валериан Мальзери? Вместе с сыном, племянником, слугами? Сторожами, наконец. Кто будет ухаживать за орхидеями — летний дождь?
Как такое возможно? Что за…
Внезапно дико захотелось отсюда выбраться. Куда угодно. Или…
Почему в памяти вдруг упорно всплывают страшные сказки детства? Именно сейчас? О древней принцессе, на много лет заснувшей вместе со всем замком. Или о кораблях, с которых вдруг таинственно исчезла команда — прямо посреди моря. Остывает на столах накрытая, но не съеденная еда. Жалобно мяукает кошка. А людей — будто морской волной с песка слизало. Неведомо куда.
И когда за всей этой жутью Констанс успел выбраться во двор? И теперь одной рукой обнимает шершавый ствол ближайшего клена, другой — рвет ворот собственного камзола вместе с рубахой. А вокруг ослепительно ярко сияет солнце совершенно нормальной, до боли привычной столицы. И еще почти полдня до сумерек.
Какой свежий воздух! Не как в родном поместье, но всё же… Зря прервал отпуск — надо было остаться с отцом. Всё равно Мальзери сам рванул в провинцию, не предупредив никого. Деревенским (еще свежее!) воздухом подышать, в озерах побултыхаться, здоровье поправить. А то оно у него пошатнулось… смертью одного сына и новой должностью другого.
Может, старый интриган сбежал из Лютены от позора? Бывает же проруха и на таких. Надменный мидантийский патрикий все-таки.
Только кто отпустил Октавиана? Король нашел себе новую игрушку? Или сына Мальзери тоже бросил?
Да неважно! К змеям пустой дом! Отсюда надо выбираться — убираться! — и поживее.
Пора домой. Не в поместье, так в особняк. Там прекрасная Ирэн, влюбленная Соланж, забавная малышка Софи и почтенная кузина Одетта. Живые…
Летняя Лютена — прекрасна. Цветы благоуханны, а воздух улиц — упоителен. И почему Констанс прежде этого не замечал?
2
Мальзери не явился не зря. Старый мидантиец почуял опасность заранее, а вот Ревинтер позорно утратил нюх. И угодил в западню. Причем — в глупую.
Он ждал беды от Эрика, Всеслава, Мальзери, базилевса Бориса. Потом — от воскресшего из пепла Барса. А дождался от вечно пьяного свина и не менее пьяного от безнаказанности мальчишки.
Вот и расплачивайся за собственную глупость.
Эрик по возвращении устроит законному братишке Бездну Льда и Пламени при жизни… но для этого должен сначала вернуться. А он то ли занят — грабит всласть, то ли мертв. А когда освободится — спасать будет некого. И, увы — Бастард такому огорчится не слишком.