Еще как! Сюрприз так уж сюрприз.
Вот это явление святой Полины народу! Нарисовалась, не сотрешь.
Не пугайся, Кати. Сейчас ты увидишь то, что тебе не полагается. И не впервой уже. Так что, будем надеяться, не закричишь. Ты же еще не то видела. В этом паршивом дворце, куда тебя приволокла лучшая в подзвездном мире маменька. Хлеще только у самой Ирии.
Или не увидишь. Как карта ляжет. Свиток Судьбы.
— Что там? — тихонько шепчет жертва чужих интриг и дурости. В том числе — и сводной сестры.
— Ничего. Оставайся здесь и без сигнала не выходи. Не вздумай даже заглядывать. Стой за углом, как мышка. Слейся со стенкой. Ты этому уже научилась. А я тихонько схожу — разведаю обстановку.
За эти месяцы Кати научилась еще и слушаться. Потому покорно замерла, где велели. А стерва… стерва подплыла к входной двери и заложила засовом. Отвернулась к шкафу. Всё один к одному…
До Полины — пять шагов. Уже четыре…
А теперь — выскользнуть и постараться, чтобы якобы бесшумные половицы действительно не заскрипели под твоими коровьими ногами. Да что там — столько шума произведет разве лишь целое стадо коров! Немаленькое.
Развернуть стерву к себе — и наотмашь по умело подкрашенному лицу. На редкость ошеломленному. С силой, со всей злости!
И — острие кинжала к горлу, шепот — в ухо. Будем надеяться — еле слышный:
— Только пикни.
Не сунулась бы сюда Кати — именно сейчас.
Прижать сволочь в голубом к стене. У того самого шкафа.
— Ну что, дрянь? Вот и свиделись.
Небесные глаза расширились в ужасе… но не так чтобы слишком. Будто к ней раз в неделю ожившие покойники являются.
На мертвого папу лживая дрянь смотрела так же?
— Назови мне хоть одну причину оставить тебя в живых. Заорешь — прирежу сразу.
— Я могу тебя отсюда вывести, — мелодичный голос вообще совершенно спокоен. Даже усталый. — Могу дать денег. У меня их немало… для тихой, безбедной жизни не при дворе. Или чтобы удрать из Эвитана подальше. Еще у меня есть дочь и сын — они без меня погибнут. А других причин нет.
— Где Чарли? Где мой брат⁈
— Ты сошла с ума? По-твоему, я могу причинить зло собственному сыну?
— Матерей я видела всяких.
— Я — не Карлотта Таррент.
— Ты — много хуже! — прошипела Ирия.
Убить эту мерзкую тварь прямо сейчас! Раздавить паршивую гадину. Пусть только скажет, где Чарли.
— Почему? — Синяк наливается в пол-лица. С губы сочится кровь. Помада смазалась аж на щеку. Сунуть бы сейчас под нос стерве зеркало! Глядишь, не так бы равнодушно цедила слова. Будто чиста, как белый снег. — Потому что я хотела избавиться от тебя и Эйды? И что? Вы мне кто? Разве вы — мои родные дочери? Или хотя бы племянницы?
— Зачем ты убила моего отца⁈ Или он тебе тоже — никто? Тебя вытолкали за него замуж силой? За косы отволокли?
— Может, сядем? — устало предложила Полина.
— Что?
— Ты всегда успеешь меня убить, если захочешь. А у меня после твоей богатырской руки кружится голова. Что ты делала все эти месяцы — мешки с камнями таскала?
— Кто знает? — сощурилась Ирия. — У нас, покойников, в Бездне так мало развлечений. Вдруг мы там у себя организовали каторгу? Или арену боев без правил? Хорошо, садись. Удобно устроилась? Ну так что с моим отцом? Мало дарил фамильных драгоценностей? И советую говорить правду. От твоего вранья я устала еще при жизни. В Лиаре.
— Знаю-знаю. Совру — ты меня убьешь. Ирия, можешь верить, можешь — нет, но я действительно его не убивала. Это был несчастный случай. Эдвард увидел Леона в моей комнате, кинулся с кинжалом. Твой брат меня закрыл… не знаю, что на него нашло. Обычно он — трус, каких поискать. Эдвард упал и наткнулся на собственный нож. Это правда.
— С какого перепугу мне тебе верить? Особенно в героя-Леона?
— Ни с какого. Такое и нарочно не придумаешь. Я — твой враг. И уничтожила бы тебя без колебаний и следов — будь у меня шанс. Тогда бы — уничтожила.
— А сейчас?
— Нет. Ты мне нужна. Просто необходима. Слишком о многом я собираюсь тебя просить.
— Меня? — Ирия искренне рассмеялась. — Это ты спятила от счастья получить корону или принимаешь за сумасшедшую меня?
— Не то и не другое. Я хочу, чтобы ты вывезла из Лютены моих детей. Кати и Чарли.
— Так и он — здесь? В этой клоа…
— Уже не в этой. Не во дворце и даже не в Лютене. Сначала я отправила его к михаилитам, а потом — еще дальше. Хоть это мне удалось. Я никогда не умела просчитывать ходы далеко. С каждым разом лишь запутывалась глубже.
Полина потянулась к узорному графину. Не плеснула бы в лицо! Нет, выбить Ирия успеет.