С нее станется, но на виду был и Вит.
— Белла, спасение наших родных может растянуться на месяцы. Твоя при этом беременность — это то, без чего нам точно сейчас не обойтись?
— А ты не можешь…
— Не уверен. Я — далеко не Алексис Зордес. К тому же, это иногда дает сбой.
Плечи Арабеллы поникли под плащом:
— Я просто тебе не нужна. Или ты всё еще злишься… из-за Константина. Ладно… я к этому уже привыкла.
Грегори едва не поддался — на утешающее объятие она напрашивается умело. А плащ — не такой уж толстый.
— Прости, Белла, но сейчас действительно не до этого.
Он не влюблен в Арабеллу. И даже если такое одобрит вся ее родня, то отец Грегори — вряд ли.
3
Принесенные Витом новости только дополнили картину. Уже и так в общих чертах нарисованную.
Веселая жизнь в славном городе Мэнде. И надо бы веселее, да уже некуда. Столько не наливают нигде. Если, конечно, город не захвачен вражеской армией.
Но здесь она, похоже, поселилась. И не одна. Их тут в количестве. Делят территорию.
Ночами по темным улицам шляются легендарные Дети Ночи. Во дворце… нет, не пьет, зато ручьями льет кровь безумный король-змеепоклонник. Днем Дети Ночи отсыпаются, зато король развлекается по-прежнему. Без устали.
А народ живет, пашет и жнет, ремесленничает, торгует, детей растит. Будто и не в Бездне живут. Ко всему привыкнуть можно.
— Я вот думаю, что теперь делать? — непривычно (уже привычно!) серьезно задумалась Арабелла. — Даже, допустим, мы вытащим отсюда маму, дядю, Виктора, Элен. А остальных? Мама ведь их не оставит.
— Давай решать проблемы по мере поступления, — вздохнул Грегори. — Напоминаю: мы еще вообще никого не спасли.
— И не спасем, если они откажутся спасаться.
— Похоже, у Беллы созрел очередной безумный план, — заметил Витольд.
Честно говоря, она права. А Грегори опять не просчитал последствия. Что всех не вытащить никак. А бросить своих в Мэнде на съедение змеям — подлость.
А Арабелла Виту только улыбнулась. На него она не обижается. Да и все ее «безумные» планы он поддерживает первым.
— Я бы предложила смену династии, но у нас для этого нет связей. Не та страна.
Старая рана привычно заныла. Ледяной холод и душный жар, боль и беспамятство. Бесконечная тряска дороги. Порой вода тонкой струей льется в иссушенное лихорадкой горло, и тогда мысли обретают тень связности. Заботливо воскрешают в памяти реки крови позади. Пролитой за незадачливого претендента на трон.
— Ты — наш король, — говорили Александр Коэн и Анри Тенмар.
И многие другие. Все, кто сражались за Грегори. И умирали…
Белла просто не знает. Она еще не пробовала сменить династию лично. Или возглавить тех, кто пробует.
Да еще и Вита в неприятности впутываем. А ему еще в Эвитане Алексу спасать!
Глава 9
Глава девятая.
Эвитан, окрестности Лютены.
1
Ни до какого поместья Иден с семейством добраться еще не успела. Ирия догнала их на постоялом дворе — в двух днях пути от Лютены.
И в самом деле — не верхом же мчалась беременная сестренка. Она и в лучшие-то времена была далеко не блестящей наездницей. И если даже Стивен неожиданно окажется блестящим — при его-то комплекции, то уж его мамаша-то точно вряд ли.
Даже странно, что здесь нет паники. Столица уже на ушах не стоит, а скачет, а в деревушке — тишь, гладь да Творца благодать. Пастораль. Пастушков с овечками не хватает.
Постоялый двор «Теплый берег» пристроился на берегу неширокой реки. Но всё же реки, а не речушки. Вон — ласково плещутся теплые волны. Ветерок оттуда приятно освежает. Прямо не таверна, а летняя загородная вилла. Общественная.
А это еще что на бережку вдали? И впрямь… овечки! Только пастух не с картинки, а обычный деревенский. Грязноватый, кудлатый и встрепанный. И матерится сквозь зубы. Для уст дам предназначены одни предлоги.
А за стойкой, похоже, сам хозяин. Или уж совсем солидный управитель.
— Вам комнату?
— Да, благодарю. Скажите, не останавливались ли у вас барон и баронесса Ривен?
— Разумеется, сударь. Они и сейчас у себя. Кто желает их видеть?
— Друг детства баронессы, кавалер Констанс Лерон с братом.
Иден всегда была умницей. Вдруг и сейчас сообразит вовремя промолчать?
Ирэн Вегрэ теперь в таком же розыске, что и графиня Ирия Таррент. А на Кати мальчишеский костюм сидит куда лучше, чем на настоящей Ирэн — мужской.