- Ты такая сладкая, - прошептал Саид таким странным хриплым голосом, целуя меня в уголок рта, затем в щеку. – Я хочу тебя, - он отстранился и заглянул мне в глаза. – Но не посмею сделать это против твоей воли.
Я пьянела от запаха Падишаха, от его откровенного взгляда, его губ, поцелуев и одного только присутствия. Я хотела этого человека, но мне было стыдно признаться в вполне обычной потребности.
- Мне нравится твой румянец, - Саид провел большим пальцем по моей щеке, останавливаясь на подбородке. – Он у тебя вспыхивает всякий раз, когда ты стесняешься. Твой муж даже понятия не имеет, какое сокровище потерял. Я же это терять абсолютно не намерен, - Падишах снова прильнул к моим губам, и я поняла, что пропала. Вот так просто, бесповоротно и оглушающе.
Где-то на уровне инстинктов ощущала, что условная грань, отделяющая меня от собственных потаённых желаний, преодолена. Всё пространство машины пропиталось нашей энергией, страстью и потребностью немедленно оказаться настолько близко, насколько это предусмотрено природой. Стало головокружительно душно.
- Я хочу тебя, - прошептали мои истерзанные губы.
Саид заулыбался, поцеловал меня в лоб и завел двигатель.
- Знаешь, вряд ли я сумею тебя так быстро отпустить, - вдруг задумчиво проговорил Падишах, выезжая на дорогу.
Кажется, именно после этих слов следовало бежать без оглядки, но я не сделала этого. Потому что уже была опоена, отравлена дьявольским обаянием Саида и запутанная в его сладких речах, словно бабочка, случайно попавшая в сети паука, вовремя их не заметившая.
9.
(LOBODA – В зоне риска)
Было между нами что-то болезненное. Я не сразу это ощутила, поглощенная своими чувствами, эмоциями и тем бесподобным впечатлением, что вызвал во мне Саид своей загадочной персоной. Уже позже, когда мы пьяные от близости друг друга кое-как добрались к дому, который явно принадлежал Падишаху, что-то неприятно отозвалось в груди. Еще снег так красиво хрустел под ногами и мороз приятно пощипывал кожу, пока мы торопливо выходили из машины и направлялись в сторону входной двери. Тогда-то я и почувствовала что-то так странно сквозящее болью.
Саид быстро открывал дверь интересным сенсорным ключом, нетерпеливо припадая к моим губам. Способность здраво рассуждать не то что бы отключилась, скорей это я всё спустила с тормозов. Только вот ощущения не обманешь и женскую интуицию тоже. Если прежде во взгляде глаз цвета густого тумана я видела влечение, озорной блеск и харизму, от которой практически невозможно убежать, то сейчас… Сейчас в них скользнула тень чего-то болезненно-одержимого, пугающего, нездорового. Нет, Падишах не хотел меня обидеть ни физически, ни морально. Просто сложилось такое впечатление, что он хочет забыться. И это маленькое потенциальное открытие неожиданно больно кольнуло меня в грудь. Но ведь и я хотела забыться. Может, не так рьяно, не так открыто, но где-то под коркой тлело желание отключить голову и, хотя бы однажды позволить себе выпасть из временами тяжкой реальности.
- Проходи, - Саид подтолкнул меня вперед и сам перешагнул порог дома.
В коридоре было темно, но не настолько, чтобы ничего не видеть, во всяком случае, размытый силуэт Падишаха я способна рассмотреть. Как только входная дверь тихо закрылась, Саид помог мне избавиться от куртки и резко прижал к первой попавшейся стенке. У меня свитер немного задрался, и я голой поясницей коснулась холодной плитки. Это был такой странный контраст – горячего Падишаха спереди и холодной стены сзади.
Ноги слишком быстро отказались меня держать как следует. Коленки зашлись уже в привычной дрожи, подгибаясь всякий раз, когда требовательные губы Саида целовали мою шею. И поцелуи эти были такие, от которых кричать хотелось и плакать, настолько они нежные, чувственные и приятные. Когда Артур хотел секса, он целовал меня пару раз куда попадется и быстро принимался за дело. Но Саид… Он будто пробовал меня на вкус, как человек, который наслаждался каждым глотком какого-нибудь хорошего вина. Не думаю, что я могу сойти за роль изысканного напитка, но ласки Падишаха наталкивали именно на эту бессовестную мысль.