– Падре Чезаре, – ее голос вывел меня из раздумий, и я посмотрел на нее.
– Да? – спросил я, стараясь держать голос под контролем.
– Спасибо, что спасли меня, падре… – ее голос был тихим, но в нем чувствовалась благодарность. – Я не знаю, что бы я делала без вас. И я не знаю… что мне делать дальше. Если я расскажу об этом… расскажу о том, что провела с ним наедине столько времени, мать заставит нас пожениться!
– Значит, ты будешь молчать о том, что этот больной ублюдок похитил тебя?
– Мне придется… и вы, я молю вас, молчите. Поклянитесь, что не расскажете.
Я только кивнул, не зная, что ответить. Да, мразь избежит наказания… но это ненадолго. Блядь! Ну как же мне хочется вывернуть его наизнанку! Сука!
Мои мысли снова вернулись к тому моменту, когда я держал ее в руках, когда острие ножа касалось ее кожи, царапало соски и ее тело трепетало под моими пальцами. Я трахал ее этим ножом, я натирал ее маленький клитор, пока она не кончила, не рассыпалась в моих руках, а я не спустил в штаны, как подросток. Я видел перед глазами ее запрокинутое в экстазе лицо. Этот образ снова и снова возвращался, заставляя меня буквально трястись от вожделения.
Я понимал, что нахожусь на грани, что еще немного, и я не смогу сдержаться. Поднялся, чувствуя, как мое тело дрожит от напряжения. Я должен был уйти, найти способ охладиться, прежде чем сделаю что-то, о чем потом пожалею. Сейчас я не Странник. Я повернулся к ней, и наши взгляды встретились. В этот момент все, что я сдерживал внутри, вырвалось наружу. Желание, которое я так старательно подавлял, стало непреодолимым. Меня трясло, мои руки дрожали.
Подошел ближе, чувствуя, как напряжение между нами растет. Ее дыхание стало прерывистым. Я видел, как ее губы дрожат. Хотел коснуться, почувствовать ее под собой, но знал, что должен сдержаться. Я не мог позволить себе потерять контроль, не мог нарушить ту тонкую грань, которая еще оставалась между нами. Иначе я утяну ее за собой в бездну… Туда, где смерть по имени Лоретти загребет нас обоих своими лапами.
– Анжелика, – мой голос прозвучал хрипло, – ты должна знать… Я…
Но не успел договорить. Она протянула руку, и я почувствовал, как ее пальцы коснулись моей руки. Этот жест был таким простым, но он разжег внутри меня огонь, который я уже не мог потушить. Эти прикосновения пальчиков… и у меня член не просто стоит, а его разрывает от пульсации.
Я сжал ее руку, и наши лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Я видел, как ее глаза закрываются, как она откидывает голову назад, давая мне возможность насладиться ее шеей, ее губами. Я знал, что это был тот момент, когда все могло измениться, когда я мог потерять все… но получить ее тело прямо сейчас.
Между нами оставалась лишь тонкая грань, которая вот-вот должна была исчезнуть. Я чувствовал, как мое сердце бьется все сильнее, как вожделение превращается в нечто более глубокое, темное. Я знал, что этот момент станет переломным.
Но, прежде чем я успел что-то сделать, Анжелика отстранилась. Ее взгляд снова стал ясным, и я увидел в нем страх и отчаяние. Она знала, что происходит. Она чувствовала это. Но она также знала, что… я, черт меня раздери, священник, что со мной нельзя… Можно, маленькая, можно. Но не сейчас. И в этот момент я понял, что все-таки должен сдержаться. Ради нее.
– Нам нужно отдохнуть, – наконец произнесла она, отворачиваясь и садясь у камина. Ее голос был тихим, но твердым.
Этот момент должен был пройти, прежде чем что-то изменится навсегда. Я отвернулся и сел напротив нее, стараясь утихомирить свои мысли, унять пламя, которое бушевало внутри, успокоить свой член, который распирал штаны. Хорошо, что я снова в сутане, пусть и мокрой. Кажется, я скоро сдурею от этой страсти, меня от нее просто разорвет на куски.
Огонь в камине разгорался все сильнее, освещая наши лица мягким, теплым светом. Мы сидели в тишине, каждый погружен в свои раздумья, и я знал, что этой ночью не усну. Потому что мысли о ней не дадут мне покоя.
– Ты можешь здесь поспать, – сказал я, стараясь не смотреть на нее. – Я… я найду другой угол и прилягу там.
Я вышел из комнаты, стараясь не думать о том, что я оставляю ее там одну, в этом теплом свете камина, в уютной комнате. Мои мысли были полны ею, ее телом, ее губами, и я знал, что если останусь рядом с ней, то не смогу себя сдержать.
Я вышел на улицу, чувствуя, как дождь снова обрушивается на меня, словно пытаясь смыть те мысли и чувства, которые раздирали меня изнутри. Но я знал, что это ненадолго. Эта ночь оставит свой след, и я не смогу так просто избавиться от того, что чувствую к ней. Блядь… будь на моем месте Странник, он бы уже овладел ее телом. Только… только я не хочу быть Странником. Я хочу быть собой. С ней я хочу быть только собой!