Когда Давиил исчез внутри шаттла, Лютер повернулся и пошел обратно к ангару. За ним, транспорт поднялся в облаке пыли и умчался на запад, обгоняя рассвет.
Захариил следил за приближением Лютера и готовился к острому упреку. Лицо рыцаря было глубоко встревоженным. Подойдя к библиарию, он обернулся, чтобы проследить за уменьшающимися огнями двигателей шаттла и вздохнул.
- Нам следует вернутся в стратегиум, - сказал он. - Предстоит много работы.
Библиарий кивнул.
- Вы думаете, они учтут это предложение?
- Нет, конечно, нет, - ответил Лютер. - Но, тем не менее, это нужно было сказать.
Мгновение спустя он добавил.
- Будет лучше, если все случившееся останется между нами, брат. Мне бы не хотелось, чтобы какие-либо недоразумения повлияли на боевой дух.
Захариил понимал, когда ему отдавали приказ. Он быстро кивнул и посмотрел, как шаттл исчезает с поля зрения.
- Что же вам сказал сар Давиил перед отлетом? - спросил он осторожно-безразличным голосом.
Лютер уставился в темноту.
- Он сказал, что Джонсон предал всех нас. Леса исчезли, но Звери все еще остались.
Глава пятая
В котле
Диамант
200-й год Великого Крестового похода Императора
НЕМИИЛ ДОСТИГ артиллерийской палубы, находящейся в середине судна. В шлеме отсчитывались секунды, имеющиеся у него в запасе, пока боевая баржа не вошла в атмосферу Диамата. Он чувствовал ритмичный гром орудийных батарей корабля, эхом отдающийся сквозь палубу под его ногами, это означало, что боевое соединение начало схватку с вражеской резервной эскадрой. Чтобы развернуть силы Астартес на осажденном мире-кузнице, Джонсон гнал свои корабли так быстро, как мог, и Немиил не хотел заставлять примарха ждать.
Толстые, тяжелые стальные люки, испещрившие весь десантный отсек с лязгом закрывались, когда похожие на негабаритные торпеды десантные капсулы загружались в пусковые аппараты. Лишь одна капсула все еще находилась в погрузочной люльке, зависнув над последней из пусковых труб левого борта. Единственный люк все еще был открыт, красный свет лился по стальной рампе из похожего на кокон внутреннего отсека.
Одинокий, сокрушительный удар резким звоном раздался сквозь переборки; вражеский снаряд пробил броню флагманского судна и взорвался на одной из палуб выше. Артиллерийская команда ждала Немиила здесь, у подножия открытой капсулы. Они сопроводили его по рампе, чтобы помочь застегнуть ремни безопасности и присоединить дата-кабели к интерфейсу, встроенному в его шлем и к электрогенератору. Выполнив свои задачи, через несколько секунда они без единого слова отступили от капсулы. Немиил практически не заметил, как через систему вокс-связи посадочного модуля он подключился к сети командования флотом.
Индикаторы на линзах шлема холодно мерцали. Красные и синие значки на орбите планеты то вспыхивали, то гасли. Он изо всех сил пытался уловить смысл из потоков информации, и спустя несколько секунд связная картина орбитального сражения обрела форму. Резервная эскадра, словно стальная стена, встала между тяжелыми грузовыми судами и наступающими кораблями Джонсона. «Штормовые птицы» Темных Ангелов, несмотря ни на что, прорвали вражеский кордон и открыли огонь по беззащитным транспортам. Вместе с неисправной «Герцогиней Арбеллатрис», Джонсон оставался только с шестью кораблями против восьми неповрежденных вражеских крейсеров, но суда мятежников стояли на якоре, оставляя ограниченное пространство для маневра, по сравнению со стремительными кораблями Астартес. Торпеды устремились к фланговым крейсерам мятежников, а боевая баржа и ударные крейсера были на расстоянии, с которого могли открыть огонь разрушительными орудиями орбитальной бомбардировки. Пока враг был занят защитой транспортов, его крейсеры были практически неподвижной мишенью для объединенной огневой мощи боевого соединения.
Едва закрылась рампа, капсула наклонилась и начала спускаться в пусковую трубу. Из вокс-бусинки Немиила раздался грубый, язвительный голос Коля.
- Хорошо, что ты присоединился к нам, брат, - сказал он саркастически. - Я уже начал думать, что мы потеряли тебя.
- Мы не можем проводить все наше время, околачиваясь возле посадочного модуля, сержант, - усмехнувшись, произнес Немиил. С громким лязгом капсула замерла, затем раздался глухой стук запечатываемого наверху люка. - Некоторым из нас надо выполнять свою работу, чтобы вы на досуге могли наслаждаться бытием.
По воксу прозвучал негромкий смех глубоких голосов. Немиил улыбнулся и посмотрел на показания о состоянии Астартес Коля. Все девять воинов на дисплее отображались зеленым, как он и ожидал. Он сражался рядом с ними так долго, что иногда думал об этих воинах как о собственном отделении, предпочитая их насмешки почтительному отношению со стороны большинства из Легиона.
Коль было хотел прорычать опровержение, но был отключен приоритетным сигналом по каналу командования флотом.
- Боевая группа «Альфа», это - командующий, - Капитан Стений вызывал по воксу.
- Тридцать секунд до орбитального десантирования, - глухой удар эхом прокатился по корпусу боевой баржи и на несколько секунд канал наполнился визгом статики. - ...Установили связь с имперскими силами на планете. Сейчас вам загружаются новые координаты высадки и тактические данные. Будьте наготове.
Спустя секунду схема орбитального сражения исчезла, сменившись детальной картой разрушенного города и отдаленных районов массивного комплекса кузницы. Город на переданном изображении назывался Ксанф. Столица Диамата была построена на берегу беспокойного серого океана и простиралась на множество километров на север и юг по скалистой береговой линии. В двадцати километрах к востоку от городских окраин, в пустыне из черных камней и красных барханов диоксида кремния, возвышались конические склоны огромного вулкана, который лежал в основе главной кузницы Адептус Механикус на Диамате. Много сотен лет назад потомки Марса пробурили тело бездействующего вулкана и добрались до скрытой внутри геотермальной энергии, которая питала обширные плавильни, литейные заводы и окружающие их заводы. На дальнем краю большой равнины встречались раскинувшийся город и складские комплексы кузни. Пермакритовая стена отделяла размеренный мир Механикумов от нищенского существования и вонючих трущоб обычных людей.
Немиил запоминал, поглощая каждую деталь остро отточенным умом. Пиктограммы мигали, живя собственной жизнью в «серой зоне», лежащей между городом и великой кузницей: синие - подразделения драгунов Танаграна, красные - предатели Гора. Для искупителя потребовалось только мгновение чтобы понять, что ситуация на планете была действительно отчаянной.
В течение нескольких недель Ксанф подвергался длительной орбитальной бомбардировке. Центр города был выжженной пустошью, а огромный искусственный залив в районе гавани усеян корпусами сотен разбитых и опрокинутых кораблей. На юго-востоке находился главный космопорт планеты, который связывался с городом и кузнечным комплексом железной дорогой. Он был захвачен мятежниками. Немиил насчитал шесть приземлившихся тяжелых транспортников, окруженных частями поддержки мятежников и, по крайней мере, полком механизированных войск.
Четыре полка пехоты и близко полка тяжеловооруженных наземных войск мятежников приближались по железнодорожным путям к комплексу кузницы, очевидно сумев прорвать имперские укрепления, защищающие южные подходы к кузне. Точных данных о вражеских войсках и обороняющих комплекс силах Механикумов не было. Немиил подозревал, что все данные поступили от имперских планетарных сил, а они понятия не имели, что творилось за стенами вотчины Механикумов.
Синие пиктограммы двигались на юг и восток через «серую зону» к мятежникам у железной дороги - два неполных полка при поддержке батальона бронетехники попытались уничтожить мятежников на флангах и оттеснить их от кузницы. Это было смелое решение, но приблизительно в пяти километрах к северу от железнодорожных путей мятежники отразили имперскую контратаку.