- Скажи мне свое имя! - закричал Лютер, и существо издало яростный рев.
Когда сила ритуала призыва, наконец, иссякла, произошло внезапное выделение энергии. Извергая богохульства, которые заставляли раскалываться камень и ржаветь сталь, левиафан вернулся в темные глубины, из которых его призвали. Мост рухнул, и буря психической энергии начала угасать.
На поле боя опустилась оглушительная тишина. Лютер с мучительным выражением лица повернулся к Захариилу. Библиарий рухнул на колени, из сочленений его доспехов поднимался пар. Его посох упал на пол рядом с ним.
Захариил сквозь кровавую пелену взглянул на Лютера. Его растрескавшиеся губы растянулись в улыбке.
- Задание выполнено, мой повелитель, - едва слышимо прошептал он. - Калибан спасен.
С этими словами он упал в протянутые руки Лютера и умер.
Эпилог
Эпилог
Падшие Ангелы
Калибан
200-й год Великого Крестового похода Императора
ПРОСНУВШИСЬ, ЗАХАРИИЛ подумал, что смерть пришла за ним.
- Не двигайся, - глухим голосом произнес брат Аттий. - Во время боя ты получил серьезные повреждения большинства частей тела. По правде говоря, ты вообще не должен был выжить.
Приняв к сведению предупреждение Аттия, библиарий приказал себе расслабиться. Его разум захлестнули образы и ощущения, будто бы все его органы чувств были уничтожены, а затем наскоро восстановлены. Потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы почувствовать холодный солнечный свет на своем лице и вес ватного одеяла на груди и ногах.
Двигая только глазами, он осмотрелся и попытался осмыслить, где он находится. Каменные стены, арочное окно рядом с кроватью. Спартанская обстановка: стол, стул и сундук для одежды. Он увидел посох, покоящийся у сундука, и запоздало понял, что он принадлежит ему. И эта комната тоже принадлежит ему?
- Где… - прохрипел он. Голос удивил его. Он звучал как-то странно, но, не смотря на это, он продолжил. - Где… я?
- Альдурук, Башня Ангелов, - ответил Аттий. - Как только апотекарии сказали, что твои жизненные показатели стабилизировались, Лютер велел перевезти тебя сюда. Ты был мертв в течение целых пяти минут прежде, чем Лютер заставил одно из твоих сердец биться вновь. Никто точно не знает, как он это сделал. Он что-то прочитал из своей книги, которую он носит с собой, и это все, что я видел сам. Затем, ты долгое время лежал здесь в глубокой коме, залечивая полученные ранения.
- Как … долго? - спросил Захариил.
- Восемь месяцев, - ответил Астартес. - Я думаю, что все остальные, кроме меня, забыли, что ты здесь.
Восемь месяцев, Захариил задумался. Число казалось важным, но он не мог вспомнить почему. Обрывки образов плясали в голове, он пробовал цепляться за них, но чем сильнее он пытался ухватиться за них, тем быстрее они исчезали.
- Я… спал - сказал он.
Аттий кивнул.
- Я полагаю что да. - Он обошел вокруг конца кровати, направляясь к узкой двери из комнаты. - Я пойду, скажу мастеру-апотекарию, что ты проснулся, и принесу с кухни что-нибудь поесть. Несомненно, ты голоден после того, как проспал столь долго.
Череполикий Астартес тихо выскользнул из комнаты. Захариил смерил взглядом потолок.
- Голоден, - повторил он. Да. Он, несомненно, был голоден.
ЛИЦА ПОЯВЛЯЛИСЬ И ИСЧЕЗАЛИ. Аттий приносил ему еду, которую он ел по мере необходимости. Он отдыхал, по возможности двигаясь как можно меньше, разбирая разрозненные образы в памяти. Мастер-апотекарий зачастую посещал его, задавая много вопросов, на которые имелось мало ответов. Ночами он спал. Иногда в темноте он просыпался и видел укутанную фигуру, смотрящую на него через открытый дверной проем. В отличие от остальных, фигура никогда не говорила.
Медленно, но уверено, память возвращалась. Дар речи вернулся, а затем и контроль над мышцами. Когда Лютер последний раз пришел навестить его, он сидел вертикально, заслоняя небо в узком смотровом окне.
Повелитель Калибана какое-то время молча изучал его.
- Как ты чувствуешь себя, брат? - спросил он.
Захариил обдумывал вопрос.
- Заштопанным, - наконец сказал он.
- Я рад это слышать, - сказал Лютер. - Прошло много месяцев, и много дел осталось незаконченными.
- Что произошло? - спросил Захариил. Он пошевелился, поворачиваясь лицом к Лютеру.
Лютер сложил руки на груди и задумчиво стиснул губы.
- Порядок восстановлен, - сказал он. - Как только мы изгнали сущность из Варпа, его неупокоенные слуги пали без движения, точно так же, как и на Сигме Пять-Один-Семь. Затем мы завершили эвакуацию и переселили жителей на верхние уровни аркологии. С тех пор в Северной глуши спокойно, хотя команды обслуживания до сих пор натыкаются на скелеты на нижних подуровнях.