Когда они подошли ближе к баракам, Немиил внезапно для себя услышал выстрелы из стабберов и лазганов, которым отвечал гул штурмовых пушек. Брат Тит - догадался он, когда этой ночью они ушли на выполнение задания, Дредноут стоял на страже у бараков 2-ой Компании. Получив стимул, он повел отделение в том направлении, вслушиваясь в приближающиеся звуки сражения.
К тому времени, когда они приблизились к складам, основное сражение бушевало на улице. Они нашли Брата Тита, защищающего боковой вход склада от примерно взвода скитариев. Множество изувеченных тел лежало вокруг широких ног Дредноута, говоря о неудачном вражеском штурме. Еще больше техностражей разорванных на части ужасным орудием Дредноута лежало на пермакрите. Но от южных ворот шли новые, занимая огневые позиции и обрушивая огневой шторм на лобовую броню Тита.
Немиил дал команду остановиться.
- Еще немного и техностражи принесут ракетную установку или лаз-пушку и уничтожат Тита - сказал он. - Мы обойдем их и нападем с тыла. Аскелон, ты еще держишься?
Бронированные плечи технодесантника вздымались и опадали после ужасных мучений пробежки. Его окровавленное лицо было бледно, но он взглянул на Немиила и улыбнулся.
- Брат-сержант Коль, говорил мне, что я должен больше тренироваться - сказал он, затаив дыхание. - Не волнуйтесь за меня.
- Он волнуется только о необходимости нести твое мертвое тело - прорычал Коль - Пошли давай.
Отделение выдвинулось на северо-запад, и обойдя несколько складских зданий, они повернули на юг. Вслушиваясь в звуки сражения, бушующего слева от них, они прикинули свою позицию относительно врага, и переместились метров на пятьсот позади их. Затем на восток, набирая скорость, готовясь атаковать врага с тыла.
Они пробежали только несколько сотен метров, когда увидели впереди взвод скитарий тянущий четыре лаз-пушки, установленные на колесные платформы. Те тоже заметили Астартес. В трехстах метрах от них вражеские войска поспешно прекратили транспортировку орудий и начали отчаянно поворачивать их, пытаясь, навести их на отделение десантников.
- В атаку! - прокричал Немиил, но остальное отделение едва ли нуждалась в этом. Они перешли на бег, стреляя из болтеров по ходу движения.
Немиил видел, как масс-реактивные пули ударялись в бронированные пластины противоосколочных щитов оружейных платформ и рикошетили от них. Расчеты пушек работали быстро, с поразительной точностью, присоединяя орудия к источникам питания и приведя его в боеготовность в течение нескольких секунд. Если бы они готовились стрелять по войскам, состоящим из обычных людей, то возможно они бы успели, но Астартес достигли врага за считанные секунды.
Они перескочили противоосколочные щиты лаз-пушек и опустились среди потрясенных орудийных расчетов. Немиил выстрелами в упор убил двоих, а затем еще двоих своим крозиусом. Брат-сержант Коль и Брат Эфриал уничтожили почти дюжину прежде, чем остатки взвода дрогнули и побежали.
Немиил замер среди резни, его авточувства обнаружили на юге звуки активности, еще больше вражеских войск двигалось по направлению к ним. Он собирался приказать Аскелону, чтобы тот повредил брошенные лаз-пушки, когда небеса раскололись, и огонь опустился на кузницу.
Это были не обычные метеоры, которые перед тем как исчезнуть опускались тонкими штрихами света. Немиил насчитал восемь полос из дыма и пламени, падающих по крутой дуге и сходившиеся в одной точке в сердце кузнечного комплекса, приблизительно в тридцати километрах от них. Когда они ударили, весь северный горизонт засверкал наводящим ужас белым светом.
В свое время Немиил наблюдал не одну орбитальную бомбардировку, но эта была похожа на сверкающий отблеск лазерного огня, который вгрызается в землю, словно пламенеющий меч, или залп из макро-пушки который наполнил область поражения огромными снарядами. Он никогда не был так близко, чтобы испытать всю ярость заградительных бомбардировочных орудий, и был не готов к тому, что последовало за этим.
Восемь снарядов ударили в район цели практически одновременно. Магма-боеголовки, взорвались с жаром и мощью термоядерной бомбы. Бортовые системы доспеха Немиила зарегистрировали нарастающее от взрыва давление, и перед ударом взрывной волны времени осталось лишь на то чтобы прокричать - Ложись!
Он упал на землю, прижав шлем к пермакриту, когда ревущая стена перегретого воздуха взвыла над ним. Его температурные датчики зашкаливало, а ветер оторвал его от земли и бросал словно игрушку. Грохот взрыва чувствовался даже сквозь броню, раскатом отдаваясь в костях. Авточувства перегрузились и сразу же отключились, чтобы избежать повреждений.