Подобно зороастрийцам и членам общин Мертвого моря в Иудее после вавилонского плена езиды Курдистана имели целый пантеон язатов, или ангелов. У них также выделялась группа из семи или шести главных ангелов, которых можно сравнить с Амеша Спента иранской мифологии и семью архангелами иудеев и христиан. Главным в этой группе ангелов считался Ласифарус, космическое воплощение Мелек Тауса, который, как утверждается, знал курдский язык, будто подтверждая свое местное происхождение{439}. Ученые попытались связать это имя с Люцифером, христианским наименованием Сатаны, что представляется вполне правдоподобным. Остальные семь ангелов получили стандартные у христиан и мусульман имена, например, Джебраил (Гавриил), Михаель (Михаил), Эсраель (Азраил) и Исрафель (Рафаил). На ступень ниже в иерархии ангелов располагались чехелмир, или челмир, числом сорок.
Все это, естественно, было неизвестно Лаярду, когда он сидел с главой езидов Хусейн-беем в его саламлике. Молодой человек был сыном одного из величайших шейхов племен езидов Али-бея, защищавшего свой народ от нападок курдских мусульман, оттоманских турок, а также исламских армий Ирана и Ирака. Вне всякого сомнения, мусульмане считали езидов не просто неверными, а злостными еретиками, которых следует безжалостно уничтожать, если они не откажутся от своей веры и не примут ислам.
В прошлом езиды были очень влиятельными и контролировали обширные области в разных частях Курдистана. Но постепенно в результате преследований их численность уменьшилась, и в настоящее время от этих племен остались лишь изолированные группы в Ираке в нагорьях турецкого Курдистана, а также южнее, в окрестностях Джебел Синджар, единственной горы в Иракской пустыне, название которой переводится как Гора Птицы{440}. Небольшие общины езидов сохранились в центральном Курдистане, а также на российском Кавказе, в северной Сирии, в Ливане, в Анатолии и в Иране. В настоящее время их численность составляет около пяти процентов населения Курдистана{441}, и с течением времени эта цифра уменьшается.
Лаярд целый вечер беседовал с Хусейн-беем, а утром они верхом направились в деревню Лалиш. Сам Хусейн был одет в яркое облачение, и его сопровождал многочисленный отряд всадников, постоянно стрелявших в воздух и певших песни. С ним были также музыканты с волынками и тамбуринами и целая процессия жителей деревни, передвигавшихся пешком. Путешествие было долгим и трудным — вероятно, в горы. Время от времени всадникам приходилось спешиваться и друг за другом пробираться по опасным горным тропам.
С последнего перевала открывался вид на поросшую лесом долину с большой группой зданий, среди которых возвышались белые конические шпили, каждый из которых был разделен вертикальными ребрами на несколько секций. Эти башни, носившие название мазар, указывали на расположение святилищ и гробниц езидов. В честь прибытия в Лалиш свита тут же разрядила свои ружья в воздух. Из деревни послышалась ответная пальба.
Процессия спустилась в густой дубовый лес, обгоняя многочисленных паломников, направлявшихся к гробнице шейха Ади, главного аватара культа (живого воплощения божества), в честь которого устраивался праздник Джам. Считается, что он жил в XII или XIII веке н. э. и был инкарнацией самого Мелек Тауса. Несмотря на то что шейха Ади почитают как основателя веры езидов, и религия, и сами племена существовали еще до него. Любопытно, что священная книга езидов Масхаф-Реш написана на очень древнем курдском языке керманджи, на котором в период создания книги говорили обитатели горной местности Хаккари к югу от озера Ван, неподалеку от предполагаемого местонахождения райского сада. Этот регион традиционно считался цитаделью шейха Ади, который — вопреки убеждению современных езидов, что он родился в ливанской долине Бекаа, — был известен как Ади аль-Хаккари, то есть Ади из Хаккари{442}.