– Проклятие,– тихо прошептала ведьма.– То есть эта штука может убить нас… Даже не верится. Убежать мы скорее уже не сможем… Учитывая размер камня, мощь выплеска сравняет с землёй весь замок… Даже теневую копию… Мы обречены! Я рада, что знала тебя!
– Отставить отчаяние и прощание!– воскликнул маг, дотрагиваясь до кристалла.– Мы оба выберемся отсюда! Живыми! Может быть даже не покалеченными!
Напряжение схлынуло. Карл и Оливия широко улыбнулись, стоя напротив друг друга и приступили к работе, от которой зависела их жизнь, а так же множество других людей и орков. Им надо было, хотя бы временно, восстановить оболочку кристалла, чтобы избежать выброса Хаоса.
А времени становилось всё меньше и меньше.
– Будем серьёзны,– заявил Карл.– Подобные артефакты древних магов обладают большим запасом прочностью и возможностью восстановления.
– Если мы восстановим и продержим оболочку то не дадим Хаосу распространится? Артефакт сможем нивелировать полученный ущерб?– быстро уточнила ведьма.
– Да. Только для этого надо будет объединить наши магии. Полученная противоестественная субстанция сможет стать временной заплаткой.
***
– Здесь демон!
Этот крик был первым, что услышала Эллейн, когда прошла через портал. Она оказалась в зале прямо рядом с несколькими наёмниками. На другой стороне зала находилось отвратительная химара, созданная из трупов людей и животных. У ног нежити лежало два воина. У одного была оторвана голова, а вот другой оказался жив и даже слегка постанывал.
Осмотр и оценка ситуации заняли у Эллейн не более двух секунд.
Ближайший к проклятой принцессе орк попытался, чисто на рефлексах, нанести удар, но проклятая принцесса легко увернулась, а затем ощутила резкую боль во всём теле. Не свою. Генриха.
Она чувствовала- он где-то рядом. Не тратя времени наёмниках она сразу атаковала кадавра. Тот был быстр и силён, но лишь в сравнении со смертными. Для Зентреба это создание было не опаснее комара. А значит и для Эллейн.
Чудовище даже не успело отреагировать на молниеносный бросок. Первым же ударом проклятая принцесса расколола череп кадавра. Вторым вырвала сердце, запуская внутрь тела поток огненного Хаоса и буквально выжигая энергию Смерти. После этого монстр издал урчащий, как будто обиженный, звук и повалился на пол. Не тратя время на наёмников девушка устремилась в глубь крепости.
Нежить и наемников она больше не встретила, что облегчало её движение.
Поиски герольда осложнялись тем, что внутреннее устройство замка было крайне запутанно. Да, девушка знала где находится Генрих, чувствовала направление, но это прямой путь из точки А, в точку Б. Внутренний компас не учитывал такую вещь как стены. Тем не менее она приближалась всё ближе и ближе к цели. Сокращая расстояние, она всё чётче ощущала эмоции герольда. Его боль и … сожаление?
Поиски прервались неожиданно. В очередной коридоре серая стена была пробита и в проёме виднелся Генрих. Эллейн узнала его не сразу, бедняга сильно пострадал. Обожжённый, закопчённый, заваленный камнями, он мало походил на человека. Скорее на какой-то манекен. Магические доспехи защитили от огня, но не от ударной волны. Особенно сильно пострадала правая часть лица вместе с глазом, который замутился и явно ничего не видел. Волосы поседели, а часть зубов выпала. Меч из рук он так и не выпустил.
Подбежав к нему девушка сразу стала убирать с него камни, чтобы оказать первую помощь.
– Эшшлек…– тихо шепнул он, когда та приблизилась.
– Молчи. Экономь силы.
Вместо ответа герольд неожиданно вскочил и заслонил её. Правда на этом его силы иссякли и он едва не упал, если бы в последний момент не опёрся на меч.
– Похвальная сила воли,– раздался знакомый холодный голос.
Эллейн вздрогнула и медленно повернулась. На другой стороне коридора стоял Кест, вот только теперь его глаза источали ледяной свет. А в руках он держал череп.
– Зентреб,– констатировала девушка, с трудом справляясь с желанием атаковать его. Вместо этого она поддержала Генриха.
– Кефт буфа… ево шпаионом…– едва шевеля губами произнёс Герольд.– Ташс онб слепилл за нами…А тепефь захвфтал ефо…
– Хватит, отдыхай,– неожиданно мягко попросила Эллейн, помогая ему сесть. Из его речи она мало, что поняла. Впрочем, тут и так всё было очевидно.
– Мнке…фаль, что я не фмофу… быфть с фобой фольше,– задыхаясь произнёс мужчина. После чего закашлял кровью. Его глаза закатились и он обмяк, словно мешок с картошкой.