Разбойники… Ха-ха-ха-ха. Подумать только! Меня едва не убила кучка вчерашних крестьян с топорами и мечами! Какой позор! Разумеется, как только я пришёл в себя, их смерть стала неизбежна. Я просто заморозил их. Всех, кроме глупца, укравшего мой амулет. Наглец использовал одного из своих соратников как щит и бежал. К его счастью, амулет он выронил, поэтому я не стал устраивать погоню. Если бы артефакт остался при нём, я бы не успокоился, пока не вернул бы его, а так, пусть глупый смертный бежит. У меня есть более важные дела, чем погоня за вором по лесу.
Хмуро осмотревшись, я, тем не менее, усмехнулся при виде настолько несуразного зрелища. Летний лес, а рядом покрытая льдом и снегом поляна, на которой застыли в разнообразных позах два десятка ледяных статуй, бывших ранее разбойниками, а в центре стою я со стрелой в горле и даже не думаю умирать. Необычно. Эта картина достойна кисти великого художника. Столь резкий контраст между летом и зимой. Жизнью и смертью. Такая тонкая грань!
Выдернув стрелу я отбросил её в сторону и подошёл к разбойнику посмевшему стрельнуть в меня. Резкий удар, и он разваливается на части. В этот раз холод оказался настолько сильным, что превратил плоть в чистый лёд.
Бросив случайный взгляд на останки разбойника, я заметил странный блеск в снегу. Посмотрев внимательней, я увидел несколько золотых монет. Золото у разбойников? Видимо, они шли с успешного набега. Забрав монеты, я пересилил свою брезгливость и обыскал несколько “тел”. После чего тихо рассмеялся – осознав комизм ситуации.
Как же низко я пал! Теперь обыскиваю разбойников, ну, по крайней мере, ниже мне уже не пасть. Наверно.
Небольшая встреча с бандитами имела и плюсы. Конечно, меня едва не убили и испачкали одежду моей же кровью, но за то я разжился большим количеством золота, серебра и меди. А разговор с Кассандрой помог мне более чётко сформулировать план. Осталось лишь сбить со следа Эллейн, которая, снедаемая жаждой мести, успешно сократила дистанцию. Да и опасно с ней сейчас сражаться, после использования телепатии мне стало гораздо труднее контролировать магию. В бою эта слабость могла оказаться фатальной. Хотя, главная проблема вовсе не принцесса. Трикстер, вот кого стоит опасаться, по крайней мере, до тех пор, пока я не узнаю его мотивы и планы.
Хоть он и исчез после нашей первой встречи, я более чем уверен, что он нашёл способ следить за моими передвижениями.
Колдун гораздо опаснее, чем принцесса, хотя бы потому, что его мотивы и желания мне не известны. Действия Эллейн же, в целом, предсказуемы. Её заставляли действовать эмоции и долг. Если честно, я уже начал серьёзно жалеть, что использовал её в своих планах, тем не менее, прошлое неизменно. Как бы сильно нам иного не хотелось.
Определив стороны света с помощью солнца, я направился на северо-запад к торговому городу Пронту. Прежде чем идти к личу, обитающему в Мёртвом Городе, следовало подготовиться.
И вкусить плоды цивилизации. Как же я соскучился по роскоши.
Глава IV. Людские земли
– Удивительно,– признал Генрих, разводя костёр после тяжёлого перехода. Они двигались весь день без отдыха. И лишь когда солнце ушло за небосвод, Эллейн остановила лосей и, вместе с герольдом, стала разбивать лагерь. Вернее, его разбивал человек, а принцесса наблюдала и размышляла. В её новом состояние удобства не играло большой роли. А работать руками она и вовсе не собиралась.
Местом для стоянки они выбрали небольшую полянку, в центре которой и развели костёр.
– Что удивительного, человек?– несколько грубо спросила проклятая принцесса, устало прислоняясь к дереву. Одно лишь присутствие Генриха вызывало у неё раздражение и гнев. Когда же он открывал рот ей и вовсе хотелось полоснуть его когтями.
– Твои способности. Я был почти мёртв, а теперь практически здоров. Такого не смогли бы добиться даже лучшие целители! Только боль и слабость напоминают о ранах. И ты так быстро освоила новые способности...
– Да. Меня это тоже удивляет,– неохотно призналась Эллейн. Оглядываясь назад, она видела все грани произошедшего и понимала, что без силы демона ей бы не удалось спасти человека. Ещё больше её вводило в недоумение то, как легко использовалась демоническая магия. Хватало лишь одной мысли. Желания.