– Он ожидает нашего прибытия,– произнёс Генрих, когда они подъехали к воротам.
– Он провидец?– уточнила Эллейн, с интересом разглядывая людское жилище. Оно казалось ей уродливым.
– Нет,– немного смущённо ответил её собеседник.– Просто я предупредил его послав письмо из той крепости на границе.
– Ты просто...
– С другой стороны, ему ты сможешь показаться во всей красе без опаски.
– То есть...
– Именно,– кивнул герольд.– Он будет ценным союзником и должен знать кто ты и на кого мы охотимся.
– Ты проводник,– покладисто согласилась Эллейн.– Сейчас я доверюсь тебе. Хотя твои постоянные недомолвки начинают раздражать, очень сильно раздражать.
Не ожидавший такой спокойной реакции Генрих замолчал, и оставшийся путь до ворот они проделали погружённые в свои мысли.
После событий последней ночи проклятая принцесса убедилась, что герольд довольно таки умён. Хотя в неприятности они всё равно попали, но тогда Генрих выбрал, как он думал, из двух зол меньшее.
В принципе Эллейн понимала почему он предпочёл рискнуть. Враждовать с могучим феодалом было ему не с руки. С другой стороны, на кону висела судьба мира, и ему следовало позволить проклятой принцесса сразу разбросать конвоиров.
Хотя теперь её беспокоил несколько иной факт. А почему она вообще в тот момент послушала человека? В какой миг, его мнение стало для неё важно? Когда она успела к нему... привязаться?
Стражи на воротах не было и они беспрепятственно проехали внутрь, где их встретила юная девушка. Невысокого роста, коротко постриженные волосы цвета пшеницы были уложены в элегантную причёску. Белое платье сидело на ней идеально, подчёркивая фигуру.
– Меня зовут Оливия,– представилась она.– Я ученица мастера Карла и он уже ожидает вас. Пойдёмте.
– Она нас тут с утра поджидала?– тихо спросила Эллейн Генриха, идя за провожатой.
– Возможно,– так же тихо ответил герольд.– Карл всегда был странным, и окружение у него соответствующее.
– Ожидая вашего прихода, мастер ещё вчера отпустил всех слуг и охрану,– говорила Оливия, пока он шли.– Поэтому поместье такое неживое.
Пройдя по пустынным коридорам усадьбы, они попали в большой зал. В центре стоял большой стол, что просто ломился от еды. Сидевший за ним человек при их приближении встал.
– А вот и дорогие гости,– произнё мужчина лет тридцати. Выглядел он на редкость здоровенным, и меньше всего походил на чародея. Грубое, но добродушное лицо. Тяжёлый подбородок, мощный лоб и на удивление острый взгляд. Да ещё и внушительный рост, он возвышался высоким Генрихом на целую голову.
– Здравствуй, Карл,– сдержанно поприветствовал его герольд.– Позволь тебе представить леди Эллейн.
– Какая милая девушка,– восхитился чародей подходя к ним вплотную.– Прекрасно выглядите, но я желал бы увидеть вас в вашем, так сказать, истинном виде. Овеянном магией пламени!
Мрачно поглядев на мага проклятая принцесса, поколебавшись пару секунд, сняла кулон. Иллюзия мгновенно спала, и перед людьми застыла настоящее чудовище.
– Превосходно!– восторженно заявил хозяин дома, осматривая проклятую принцессу.– Несомненное инфернальное создание! Настоящее! Как же так получилось? Ну же! Поведай мне!
– Выпила немного крови одного монстра,– ответила Эллейн отшатнувшись. Энтузиазм этого человека её крайне удивил.– На которого я сейчас и охочусь.
– Вот это да,– задумался маг.– Подумать только, немного крови, настолько изменили структуру тела эльфийки. Как долго проходила трансформация? Что ты ощущала? Если побочные эффекты? Боль? Не свойственные эмоции? Новые конечности? Укрепление тела? Хотя на последнее можешь не отвечать, вполне очевидно, что физическая структура усилилась!
Под таким градом вопросов Эллейн замешкалась с ответами. Да и вспоминать момент превращения и то что случилось позже ей категорически не хотелось. Зато хотелось заткнуть этого типа. Желательно с помощью насилия.
– Позже задашь свои вопросы,– вмешался Генрих, успевший заметивший неладное.– Лучше дай мне ответ на другой вопрос. Ты поможешь нам уничтожить Зентреба?
– Конечно помогу! Но с одним условием.
– Каким?– заподозрила неладное Эллейн.
– Когда мы убьём демона, его тушку я заберу себе на опыты!
– Как скажешь,– легко согласилась проклятая принцесса. От этого жизнерадостного типа её уже начало мутить. Судя по тому как Генрих морщился, Карл вызывал у него аналогичную реакцию.