– Сила в тебе опасна. Если ты не будешь использовать её, то умрёшь. Если будешь применять её слишком часто – тоже. Грань тонка. Незаметна, но она существует. Главное её нащупать. Хотя бы частично, и тогда тебе удастся замедлить процесс разрушения. Впрочем, в тебе лишь искра магии. Последствия ощутишь не скоро.
– Перспективы не радуют,– спокойно заметил бывший раб.
Хладнокровный паренёк.
– Ты не выглядишь испуганным.
– Я воин,– твёрдо сказал готовый к серьёзному испытанию Кест.– И не раз был на волосок от смерти! Я знаю, что такое страх и умею не поддаваться ему.
Он думает, что знает. Думает, что понимает с кем говорит. Столь наивно. И смело. Кест редкостный храбрец. Или просто идиот, раз не видит разницы между смертью в бою и от искажений вызванных магией Хаоса.
Последняя гораздо мучительнее.
– Оценим твои способности, раб,– сказал я, делая выпад. Кест умело закрылся, вот только сила удара была столь велика, что бывший раб покатился по земле.
Я был гораздо могущественнее, чем казалось на первый взгляд, второй или даже третий.
– Хм. Сейчас ты лишь немного отличаешься от обычного средне статического человека,– задумчиво констатировал я, давая ему время встать.– Быть может, я переоценил тебя?
Едва бывший раб встал, я вновь атаковал. Простые размашистые удары, из-за превосходства в силе просто сметали защиту Кеста. И всё-таки он держался за счёт мастерства. Обычно битва между двумя рыцарями всегда определялась крепостью доспехов и силой. Наёмники, да и горожане, имевшие право носить меч, были лишены хороших доспехов и делали ставку на скорость и умение. Должен признать за сто лет их мастерство сильно выросло. Это удивляло. Хотя до Джеллу им всё равно было далеко. Тем не менее, умения Кеста не помогало ему против меня.
– Это начинает становиться скучным,– заметил я, нанося очередной удар.– Ты лишь чуть-чуть сильнее обычного человека. Возможно, стоит аннулировать нашу сделку? Убить тебя и не выкупать родню. А может, выкупить и сожрать?
– Нет!– яростно выкрикнул бывший раб и напал на меня с удвоенной силой. В его глазах заплясали алые огоньки.– Я прикончу тебя!
Похоже моя теория верна, эмоции помогут пробудить магию внутри Кеста. Надо ещё немного его подтолкнуть.
Когда он нанёс очередной удар я подставил меч и, сократив расстояние, пнул его в живот. Со странным звуком человек упал на землю и затих.
– Какое разочарование. Придётся покончить с тобой сейчас, и прекратить поиски девчонки,– почти печально сказал я, занося меч для финального удара. За секунду до того как клинок отсёк голову бывшему рабу, тот откатился и молниеносно попытался ударить меня по ногам. Отпрыгнув, я избежал ранения.
Глаза Кеста были полностью красными, а по мечу пробегали алые всполохи. С рычанием он бросился на меня, нанося удар за ударом. Будто исчезая и появляясь он уподобился ветру.
Не не более.
Звяк и клинок вылетает из моей руки, а в меня самого ударяет алая молния заставляя пошатнуться. На этом успехи Кеста закончились. Меч выпал из ослабевший руки, а следом упал и сам бывший раб.
– Сойдёт,– сказал я, подходя к нему и помогая подняться. Точнее, просто хватая за плечо и поднимая с земли.
– Всё это было лишь притворство?– с явным трудом выговорил Кест.– Что… вообще случилось?
– Наконец проявила себя демоническая кобие... кровь. Хм. Твоя магия слаба. Каждое её использование тяжело даётся. Считай её своим последним доводом, ибо после него ты упадёшь без сил.
– Какая-то она бесполезная,– заявил Делёж подлетая к нам.– Его “последний довод” даже не ранил вас. Он просто пробил ваше одеяние!
– Будь на моём месте обычный человек, его разорвало бы на части,– сказал я, внимательно осматривая побитого подчинённого.– Ты запомнил ощущения?
– Да,– прохрипел бывший раб,c моей помощью доходя до телеги и чуть ли не падая на её борт.
– Хорошо. Очень хорошо. В отличие от обычных волшебников, нам не надо концентрироваться, чтобы воззвать к магии. Достаточно лишь желания, или, как в твоём случае, сильных эмоций. Позже тебе, как и мне, удастся использовать магию одной лишь силой мысли. Все маги мечтают об этом, но добиваются лишь единицы.
– Вы, похоже, просто воплощение несправедливости мира,– заметил Кест, привалившись спиной к борту телеги.– Столь много силы лишь в одном человеке!
– Человеком назвать меня довольно сложно уже очень давно,– ответил я, доставая бинты. Последняя атака пришлась по левой руке, хотя теперь её следовало бы называть лапой.