Я сейчас находилась на высоте двенадцати этажей. Могла ли она спуститься по наружной стене? Почему тогда она не вернулась к нам?
Пока я смотрела в окно на реку, раздался звук шагов, и моё сердце бешено забилось. Я задула свечу и бросила на стол, затем резко задрала подол юбки, чтобы достать кинжал. Задержав дыхание, я подкралась ближе к двери.
Сквозь закрытую дверь я услышала громкий вопль. Но он говорил на клоавианском, так что я понятия не имела, что он говорит.
«Вот чёрт».
Я распласталась по стене. Я слышала, что они приближаются по коридору. В горле пересохло.
Теперь надо решать… пробиваться силой? Или разговорами?
Когда дверь со скрипом отворилась, я спрятала кинжал за спиной.
Худой как тростинка солдат с редкими усиками испуганно вскрикнул при виде меня.
Я приторно сладко улыбнулась.
— О! Я так рада, что вы здесь. Я начинала нервничать. Из-за призраков.
— Ты новая питомица графа? Но тебе же нельзя выходить из своей комнаты.
Я нахмурилась.
— О. Не думаю, что кто-то озвучивал мне такое правило.
Вторым солдатом оказался крупный краснолицый мужчина с тёмными кудрями, характерными для кловианцев.
— А что ты делаешь здесь?
— Я просто хотела посмотреть на Башню Костей. Я слышала, тут водятся призраки.
— Но как ты пробралась мимо охранников у твоей комнаты?
Вот тут-то в моём плане и возникала заминка. Полагаю, они не поверят…
— Они слишком много выпили, думаю. Они спят.
Охранник с редкими усами улыбнулся, показывая ряд гнилых зубов, и шагнул ближе ко мне.
— Когда граф сказал не трогать её, как думаешь, он имел в виду не убивать или не трахать?
Не дожидаясь ответа, он схватил меня за горло и впечатал в стену.
Шок нападения был таким внезапным и резким, что я едва не выронила нож. Но я сумела удержать его, и в следующее мгновение мой клинок оказался в его горле.
Издавая булькающие звуки, он обмяк и повалился на меня. Я оттолкнула его. Второй охранник уже замахивался на меня.
Его клинок описал дугу в воздухе. Я пригнулась. Он перестарался с пылкостью и споткнулся о тело своего товарища. Он пошатнулся вперёд, но удержался.
Я бросилась на него, метя в сердце, но он заблокировал удар предплечьем. Он схватил меня другой рукой, крепко сжимая горло.
Его меч упал на пол, обе руки стиснули мою шею. Сила удара о стену на сей раз была такой мощной, что я выронила кинжал, и моё сердце ухнуло в пятки от звука, с которым он упал на камень.
— Хочешь умереть? — спросил он. — Совсем как остальные.
Воздух покидал мои лёгкие, и голова пошла кругом от видения — меч, перерезающий шею Элис. Те брызги крови на окне…
Две бедные сестры, погибшие в той же башне, что и принцы. Забытые кости, спрятанные под лестницей.
Я не могла дышать. Мой рот пытался произнести её имя, позвать Элис, маму.
Элис мечтала о саде бабочек. Она не знала, что это такое, но ей нравилось, как это звучало. Когда я представляла её, она была на солнце, и вокруг неё порхали оранжевые и голубые бабочки, садившиеся на её руки.
Вот как я хотела её запомнить.
Глава 20
Лила
Он перекрыл мне поток воздуха. Некоторым мужчинам нравилось убивать женщин именно так — вблизи, чтобы их руки соприкасались с твоей кожей, чтобы они дышали на тебя, прижимались к тебе. Мой взгляд метнулся к окну, и вид брызг крови переполнил меня яростью, от которой обострились все чувства.
«Ну же, Лила».
Когда вырастаешь в таком месте, как я, невольно учишься, как уносить ноги от таких мужчин. И Элис хорошо меня обучила, ведь так? Она не позволяла кому-либо задирать нас.
Так что я просунула ладони между его рук и изо всех сил ударила ими в разные стороны. Он разжал хватку на мне. Я втянула глубокий вдох, затем со всей дури пнула его по яйцам. Он на мгновение согнулся пополам.
Но прежде чем я успела схватить кинжал с пола, он врезал мне кулаком в подбородок. Я ощутила во рту медный привкус крови.
И всё же я чувствовала, как что-то струится по моим костям — какая-то покалывающая тьма. Ярость столь же древняя, как и сам Доврен. Я не принц, но Вороний Король хотел, чтобы я осталась в живых.
Может, этот мужик понятия не имел, с кем связался. Как и белладонна, я порождена древней почвой под городом. Я призвала тьму в себе, тьму из мха и земли, удобренной кровью и костями.
Когда мой кулак встретился с его подбородком, хруст кости был таким громким, что эхом отразился от стен. Гнев воспламенил все мои мышцы. Тайная магия города вибрировала в камнях, в моём теле, придавая мне сил. Я прикончу этого мужчину.