Когда он отшатнулся, я с силой ударила его и разбила кулаком нос. Кровь хлынула по его лицу, и он покачнулся, теряя равновесие. Он повалился на спину, оглушённый. Я отскочила назад и подобрала с пола кинжал.
Но тут он схватил меня за лодыжки и потянул, крякнув. Я грохнулась на безжалостный камень, но удержала кинжал. Не поднимаясь, я с силой пнула охранника по голове, затем вскочила на ноги.
Пока он пытался прийти в себя, я шарахнула его локтем по черепу.
Он застонал, оставаясь на полу. Я вонзила кинжал в его спину именно в то место, где длинное лезвие пронзило сердце. Он притих и сделался неподвижным.
Я выпрямилась, переводя дыхание. Тёмное ощущение, наэлектризовавшее моё тело, начинало отступать, и я осталась со звуком собственного сердцебиения и прерывистого дыхания.
Потому что теперь у меня на руках оказалась совершенно другая проблема. У моих ног лежало два тела, от которых надо избавиться.
Мне определённо не нужно, чтобы Самаэль знал, что я убиваю его солдат.
Как мне избавиться от улик? Открывающаяся часть окна выглядела слишком маленькой. Я выглянула на старый поломанный мостик, торчавший из реки.
Это может оказаться моим лучшим шансом. В какой-то момент люди проходили между башнями, а значит, должна иметься дверь, ведущая на мост.
Я вытащила первого охранника за ноги в коридор и вскоре добралась до двери на старый мост. Она была заперта изнутри, так что я убрала железный засов и толчком открыла дверь. Я выволокла охранника на мост. Должно быть, стрелки часов перевалили за полночь, и в такое время никто не гулял. Не говоря уж о том, что шторм усилился, и хлестал сильный дождь.
Камни под моими ногами были скользкими. Когда я выглянула через край рушащегося мостика, моя голова закружилась. Мост был длиной всего метров шесть, но находился на высоте двенадцати этажей.
Протащив тело солдата до середины, я встала на колени и начала его толкать. С одной стороны на мосту имелся бортик высотой примерно тридцать сантиметров, и потребовались значительные усилия, чтобы перебросить через него тело. Сначала туловище. Потом ноги, и наконец-то он упал.
Молния пронзила небо, раскатистый гром прогремел у горизонта. Присев на краю моста, я смотрела, как он стремительно падает. Это ощущалось как какая-то тёмная жертва. В былые дни так и делали — приносили жертвы Тёмной Реке. Я провела ладонью по губам и осознала, что всё моё тело отчаянно тряслось.
Но война уродлива, ведь так? А мы воевали с этими людьми.
Я вернулась в комнату с кровью на окне. Там я схватила за ноги второго охранника. Таща его по полу, я заметила, что его тело оставляет на камне следы крови. Ещё больше улик, от которых надо избавиться.
Кряхтя, я затащила второй труп на мост. Переводя дыхание, я посмотрела на реку. Далёкие огни Южного Доврена мерцали сквозь дождь.
Молния ударила снова, в место прямо на другом береге реки. Я опять встала коленями на кусок моста. Сначала туловище, руки и голова. Этот солдат был тяжелее, и я кряхтела от натуги. Затем я подняла его за ноги, пока бёдра тоже не свалились за край. Он резко ухнул вниз, и я со страхом провожала его взглядом. На одно безумное мгновение мне показалось, что я прыгну следом.
Задрожав, я побежала обратно в Башню Костей.
Теперь мне нужна была ткань, чтобы отмыть камни. Я поспешила в одну из комнат слуг и схватила старую униформу. Выбежав наружу, я подержала её под дождём, чтобы она напиталась водой. Когда та полностью промокла, я занесла сырую ткань в коридор.
Встав на четвереньки, я принялась тереть пол, спеша отмыть всё как можно быстрее. Потом я протёрла всё второй, сухой униформой.
Закончив, я сбросила окровавленные униформы в реку. Мои ноги всё ещё тряслись и казались ослабевшими, но я закрыла все двери. Я оставила позади комнату, в которой, возможно, умерла моя сестра.
Спускаясь по лестницам, я запустила руку в карман и потрогала подвеску Элис.
Во дворе я старалась держаться в тени, следя, чтобы никто не заметил меня, если бы вдруг посмотрел в окно. Я покосилась на Башню Костей, с трудом сглотнув. Затем я снова вскарабкалась по стене, стараясь забыть то головокружительное чувство, с которым я смотрела на стремительное падение тех солдат.
Я оставила окно оружейной чуточку приоткрытым, и теперь нужно было просто распахнуть его.
Я чувствовала себя онемелой, пока забиралась внутрь. Как только мои ноги приземлились на старый деревянный пол, я повернулась и закрыла за собой окно.