-Я не собираюсь тебя здесь бросать, - услышала она знакомый голос и вздрогнула.
Кит стоял сзади, потягиваясь и зевая.
-Что? Откуда ты знаешь, о чем я думаю?
-Догадался, - спокойно подал он плечами.
Кит снова был тем холодным человеком с усмешкой на губах, которого она увидела в лесу около своей палатки. От вчерашнего человека казалось не осталось и следа. Лина вообще засомневалась, не приснилось ли ей это. Тот человек, который обнимал ее, успокаивал и вытирал слезы совсем не походил на этого жесткого и ершистого.
Кит чему-то улыбнулся.
-Над чем ты смеешься?
-Ни над чем, - вполне серьезно ответил он. – И я умею быть разным, если что.
Он подмигнул ей и скрылся за кустами. Лина нахмурилось. Второй раз менее, чем за пять минут он словно прочитал ее мысли. Это было как-то странно и неправильно. Не могла же она быть настолько предсказуемой.
Кит вернулся минут через двадцать. Он был свежий, бодрый и казалось, что отлично выспался. Лина же наоборот чувствовала себя как никогда разбитой. Голова гудела, тело болело, ноги были ватными.
-Готова продолжать путь? – бодро спросил Кит.
-Нет, нет и нет, - недовольно проговорила Лина.
-Ангел, не ворчи. Я не уверен, что даже черт знает сколько нам еще идти. Мне этот лес доставляет не больше удовольствия, чем тебе.
-Еще скажи, что смотришь на мир позитивнее и поэтому тебе легче.
Кит сверкнул глазами.
-Нет, просто меня не ждет дом с теплой кроватью и мамой, готовящей мне пирожки на завтрак.
-Моя мама не готовит пирожки, - на автомате проговорила Лина, но в очередной раз зацепилась за мысль, что Кит словно читает ее мысли. – И, кстати, я есть хочу.
Кит закатил глаза.
-Я думал мне нормальная девушка попалась, а ты капризуля как остальные.
Лина почувствовала, что она смеется и тоже улыбнулась. Иногда с ним было так легко, а иногда наоборот так сложно. Кит перестал улыбаться и достал из кармана джинсов шоколадку. Он разделил ее на две части, и на автомате Лина заметила, что большую часть он отдал ей. Спорить и проявлять благородство она была не в состоянии, поэтому без слов приняла шоколад и медленно, отламывая по дольке, принялась есть. Она любила шоколад, но никогда еще он не казался ей настолько райской пищей. Как бы не старалась Лина растянуть удовольствие, шоколад кончился. Она с сожалением посмотрела на перепачканные пальцы, борясь с желанием облизать их.
-Ангел, если ты начинаешь столь блаженно улыбаться от куска шоколада, когда выберемся, я куплю тебе целую коробку.
Он снова улыбался, но и в этот раз в его словах не было жестокости. Кит настолько быстро мог меняться в своем поведении, что Лине показалось, что она никогда не сможет понять его и предугадать поведение.
В этот день они шли медленней. Кит, видимо, успокоился, поэтому особо не торопился. Несколько раз они останавливались отдохнуть, Лина нашла кусты жимолости и они наелись ягоды. Ненароком девушка пыталась расспросить Кита о его жизни, но он либо отшучивался, либо просто быстро менял тему разговора. За день пути Лина так ничего о нем не узнала.
Вечер, когда наступила темнота, они снова остановились прямо в лесу. Кит натаскал веток и мха и разложил их под большой елью. Ее ветки опускались вниз, но около ствола было достаточно места. Зато при приближающей грозе это место было хоть как-то защищено от влаги и ветра.
А гроза действительно надвигалась. Небо заволокло тучами, вдали раздавались раскаты грома, откуда-то появился сильный ветер. Лина натянула капюшон и посмотрела на своего спутника. Кит был в одной легкой белой рубашке и джинсах. Даже сквозь толстовку ей было холодно, ветер пробирал до костей, что чувствует он ей даже представлять не хотелось. Резкая смена погоды по-прежнему удивляла девушку. За три недели погода поменялась столько раз, что она даже не могла сосчитать, и это было совершенно не свойственно для этих мест. Обычно либо шли затяжные дожди, либо наоборот стояла засуха, сопровождаемая лесными пожарами, но резкие скачки в температуре были ненормальными.
Под еловыми ветками было тесно, но тепло. Лина хотела сохранить дистанцию, но ничего не могла с собой поделать. Ей было холодно, а Кит был горячим. Несмотря на тонкую рубашку, казалось, что от его кожи исходит жар. Она прижалась к нему, пытаясь использовать в качестве обогревателя. Это было эгоистично и неправильно. У нее была толстовка, футболка, а у него ничего, это он должен был замерзать, а не она. Но, видимо, сработал инстинкт выживания, и девушка лишь сильнее прижалась к его горячему боку. Кит положил ей руку на плечо, и стало чуть теплее.