-Кирилл Дмитриевич Рогожин, двадцать пять лет, работаю инженером в строительной компании, пишу книги, сочиняю стихи.
Катерина заглянула в блокнот. Кирилл воспитывался матерью-одиночкой и тремя старшими сестрами в атмосфере любви и обожания, но когда он вырос и окунулся в настоящий мир столкнулся совсем не с тем, чего ожидал. Привыкший к любви и заботе, он не мог смириться с тем, что обычно его никто не замечает, директора могут накричать, встречаются люди, недовольные его работой, никто не готов ухаживать за ним и исполнять любые капризы. В двадцать пять Кирилл не был приспособлен к реальному миру.
Катерина обвела взглядом своих подопечных и вздохнула. Легко не будет. Хотя в ее работе в принципе не может быть легко. Она работает с тяжелыми людьми, сама выбрала этот путь и сворачивать с него не собиралась.
После ужина начал накрапывать дождь, и Катерина велела всем разойтись по палаткам. Она знала, что первая ночь будет самой сложной. Никто из ее подопечных ни разу не жил в таких условиях - среди чужих людей, в палатках, на земле, вдали от дома и привычной обстановки, но именно это и должно было начать выстраивать их новый характер. Три месяца блужданий по лесам и горам изменят кого хочешь...
2.
Ангелина ворочалась с боку на бок. Камни впивались в бока, тонкое одеяло не согревало. Ветер трепал палатку и казалось, что она вот-вот взлетит. Никогда бы по доброй воле девушка не отправилась в такое путешествие. И если бы она знала, что это будет так ужасно, то уж смогла бы уговорить мать не отправлять ее в этот лагерь. Она совсем не считала, что у нее есть какие-то проблемы. Она сама обычная. У нее даже парень был... или есть. А отсутствие друзей объяснялось тем, что ей они просто не нужны. Ангелина не страдала от одиночества, она любила его.
Провозившись несколько часов, но так и не сумев уснуть, Ангелина вылезла из палатки и осмотрелась. Мама всегда говорила, что свежий воздух помогает уснуть, следовательно, этой логике ей стоило немного прогуляться.
Дождь стих, зато разбушевался ветер. Он накатывал, тряс ветки и заставлял дрожать палатки. Ангелина застегнула куртку и посмотрела в сторону леса. Он внушал ей страх, своей темнотой и звуками. Нет, туда ей бы точно не хватило смелости пойти, а вот обойти поляну показалось хорошей идеей. Девушка закрыла палатку и медленно пошла вокруг их лагеря. Остальные похоже спали, по крайне мере из палаток не доносилось ни звука, костер был погашен.
Капюшон слетел с головы и ветер принялся трепать ее длинные волосы. Ангелина попыталась снова натянуть капюшон, но ветер был сильнее. Он играл с ней, не позволяя убрать с лица волосы и надеть капюшон. Пройтись уже не казалось ей такой хорошей идеей. Ангелина решила вернуться в палатку, но тут кто-то резко схватил ее за руку, потянул в сторону кустов и зажал рот. В этот момент девушка поняла, что слова про всю жизнь перед глазами, это не просто слова.
-Тихо, не кричи, и я уберу руку, - услышала она шепот у своего уха.
Ангелина кивнула, но как только рот освободился хотела закричать, но тут же снова оказалась с закрытым ртом.
-Я же сказал, не кричи. Я не хочу причинять тебе боль, но если будешь шуметь придется.
Девушке ничего не оставалось, как поверить говорящему. Он снова убрал руку и развернул ее к себе. На Ангелину смотрели два темных глаза в обрамлении густых ресниц. Она чуть отстранилась, но сильная рука продолжала крепко сжимать ее запястье. Перед девушкой стоял молодой человек лет двадцати пяти, он был высоким, стройным, но с хорошо развитыми мускулами. Его белая рубашка была расстегнута наполовину и можно было увидеть его хорошо накачанный пресс. Лицо у него было чистое, идеальное, но мужественное, с твёрдым подбородком и четко очерченными скулами. Ветер трепал его темные волосы.
-Это ваш лагерь? - спросил он.
Ангелина кивнула.
-Мне нужна помощь. Ты одна в палатке?
Девушка снова кивнула.
-Ты поможешь мне, - не вопросительно, а утвердительно произнес он. - Укроешь в своей палатке.
-Да с чего это вдруг? - возмутилась Ангелина.
Парень усмехнулся.
-Можно подумать у тебя есть выбор.
-Выбор есть всегда! - серьезно сказала Ангелина.
-Да ладно. А если я сейчас приставлю нож к твоей шее. Умереть или помочь мне - сложный будет выбор.