Энергия текла по его телу, электричество накапливалось под кожей. Покалывание. Как хорошо обученная рабыня, она ждала без слов и протестующих движений, но Ксандр мог только представить её волнение и страх, ползающие прямо под кожей. Не касаясь, он провел руками над её телом.
Она дёрнулась на своих цепях и вздохнула, когда ток, крошечные вольты тепла, двинулся от его рук по ее телу. Для нее это казалось не более чем нарастающим предвкушением, ее тело реагировало на страх и предвкушение, не зная, что Ксандр манипулировал этим ощущением.
— Должен признаться, — прошептал он ей на ухо, — мне нравится тебя хлестать. Но я не могу дождаться, когда увижу, как лезвие порежет твою плоть.
Ее тело обмякло на путах, и она издала всхлип.
— Пожалуйста, Мастер…
— Да, это понравится твоему Господину.
Ксандр достал из сейфа белое перо, которое он вырвал из собственного крыла. Проведя рукой по перу, он позволил ему зарядиться энергией и поднял его над головой.
Один быстрый удар по ее груди, и она закричала. Заряд, очень похожий на статический ток вызывал такой же порез, как нож, пронзающий ее плоть. Энергия впитывалась в её кожу. Еще один удар пронзил ее живот, и она снова закричала, зарыдав. Цепи звенели о сталь креатив, пока её тело извивалось.
— Пожалуйста! — ее дрожащий крик о помощи только вызвал улыбку на его лице. — Остановитесь! Пожалуйста!
Он порезал ей руку. Грудь. Над ее обнаженным лобком. Один удар по ее лицу вызвал у нее истерику, и он подождал, пока какофония криков и стонов утихнет, прежде чем снова ударить ее.
К тому времени, когда он закончил, она пришла в неистовство, рыдала, дёргала свои цепи, когда он сдерживал желание снова порезать ее. Сопли, сочащиеся из ее носа, заставили ее хрипеть и кашлять.
Ксандр схватил ее за горло и выдернул кляп изо рта.
— Как тебе?
— Пожалуйста… — она задрожала в его объятиях. — Пожалуйста, я просто хочу домой.
— Думаю, ты готова к следующему уровню.
— Нет, пожалуйста. Больше не надо.
— Ты хотела этого. Ты просила присоединиться к нам. Ты умоляла меня о боли.
— Не такой. — Она покачала головой, резко вдохнула и снова всхлипнула. — О Боже, только не так. — Дрожь в ее голосе всколыхнула его кровь, взбудоражила и заставила его хотеть порезать ее еще раз, чтобы усилить ее страх.
Ксандр держал дыхание ровным. Слишком легко сломалась.
За два дня.
Он снял с нее повязку, и ее голова упала вперед. Она ахнула, словно готовясь к кровавому месиву. К ранам, которых…
Не было.
С прерывистым дыханием она медленно подняла голову, слезы текли по ее щекам, брови нахмурились в явном замешательстве.
— Я думала… — она взглянула в сторону, где еще лежал нож без следов крови, и захныкала, уткнувшись головой в плечо. — О, Господи…
Ксандр усмехнулся. «Совсем е*анулся».
***
Каринна посмотрела на захудалую квартиру-мотель, которую ее сестра называла домом. Даже при дневном свете это место вызывало у нее мурашки по коже — тут творилось всякое дерьмо. Избитые дети. Изнасилованные женщины.
Потемневшие витрины магазина для взрослых внизу, только усилили чувство беспокойства в ее желудке. Несколько месяцев назад она ни за что не прогулялась бы в таком месте.
Как быстро изменилось её сознание, когда ему пришлось выживать. Хотя виновато было чистое любопытство, подтолкнувшее ее вернуться в квартиру, ведь она не удосужилась зайти сюда сразу после смерти Лолиты.
Каринна взглянула в сторону, прочитав имена на каждом из ветхих почтовых ящиков. Как она и ожидала, «Лита Рой» все еще оставалась приклеенной к наименованию ящика. Номер 225. Возможно, помещение еще не сдали. Она провела пальцем по сморщенному металлу, где имя ее сестры едва цеплялось за поверхность, и толкнула деревянную дверь. Мужские крики с первого этажа перебивали детские крики. Удар об стену остановил Каринну на месте. Грохот чуть не пробил гипсокартон, и последовала тишина.
Придурок, должно быть, кого-то нокаутировал.
Она продолжала подниматься по темной лестнице, где тени внизу легко могли спрятать от глаз насильника или убийцу.
Подумать только, ее сестра вернулась домой в это дерьмо после всех ночей, когда мужчины лапали и трогали её.
Две двери стояли напротив друг друга в конце зала. Справа два двадцать пять. Она положила руку на ручку, и когда она не поддалась, Каринна огляделась и опустилась на корточки на грязный ковер с узором. Порывшись в заднем кармане джинсов, она вытащила складной нож, открыла его и вставила в замок.