- Ты? Как ты нашла меня?
Его голос, он обволакивает, завораживает, она не понимает, что он говорит… только хочет слушать мелодию его голоса.
- Еще, - против воли шепчут губы, которые решили действовать сами по себе, не дожидаясь воли хозяйки.
Он с трудом расправил крылья, высвобождая руки, обхватил, и что было силы, прижал к себе. На нее нахлынула мощное цунами эмоций, в которых все смешалось: боль, радость, любовь и даже неверие в происходящее.
Легкие взмолились о глотке воздуха, но разуму было не до них. Она словно опьянела от этих объятий расплавилась, соединилась с ним в одно единое целое.. навсегда – это единственное, что она хотела в эту минуту.. раствориться в нем навсегда.
Он усадил ее к себе на колени, а руки жадно стали исследовать ее лицо, сильно, без нежности, словно он прошел многомильную пустыню без глотка воды и наконец добравшись до оазиса жадно пил прохладную воду. Она улыбалась этой грубой ласке, наслаждаясь его теплом, тем что они могут прикоснуться друг к другу. Ее руки гладили его грудь, плечи так же с силой сжимая кожу. Словно в этом заключалась сама жизнь. Они молчали… не было сил на слова, эмоции заполнили их до отказа. Сколько прошло времени – никто бы не мог сказать, но вот он нежно обнимает ее, легко перебирая волосы, наслаждаясь их струящимся шелком, а она с ответной нежностью касается его крыльев, просящих о ласке. Она чувствует его боль, но под ее ладонями, она словно исчезает, растворяется и крылья становятся все светлее и светлее. Она очень увлечена этой переменой.
Но всю эту идиллию нарушает громкий хлопок распахиваемой двери. Его крылья смыкаются над ней, защищая. Она пытается выбраться, но он не дает, из последних сил пытаясь противостоять ее желанию выбраться наружу. Она чувствует его боль, превращающуюся в агонию, и замирает, чтобы не доставить еще больше страданий. Даже сквозь плотные крылья, этот свет слепит ее, практически не давая открыть глаз.
- И все-таки она нашла тебя! – громкий ужасный смех, раскатистый голос наполняет маленькое помещение и, отражаясь от стен, еще больше усиливается, угрожая разорвать барабанные перепонки. Ее ангел пытается защитить ее, но у него не достаточно сил, он и так почти теряет сознание от боли.
- Люциан! Почему не скажешь, что она может спасти тебя?! – и опять этот смех, от которого кажется кожа хочет сбежать с тела от страха.
«Стоп!» - мысленно приказала себе. «Могу помочь!? КАК?»
- Дай нам хотя бы 5 минут, - сказал Люциан. Он не молил, не унижался, столько достоинства было в его голосе, ему было просто невозможно отказать.
- Стойте! – девушка, приложив все свои усилия. Выбралась из защитного кокона, мысленно моля о прощении за причиненную боль. Она на мгновение увидела огромного золотого ангела с большими крыльями в пол, а из-за его спины лился ослепляющий свет, не такой как от ее ангела, а резкий, вызывающий слезы на глазах, но она смотрела на него. Ей нужен был ответ на вопрос – как?
Он вновь рассмеялся и его смех, не приглушенный крыльями ангела, едва не лишил ее слуха.
- Ты хочешь узнать как?! Кровь! Твоя кровь делает его сильнее!
- Молчи! – в ответ прокричал ее ангел, пытаясь заглушить голос золотого. Но это было невозможно.
- Моя кровь? – удивилась она. Посмотрела на свои ладони, которые только что еще кровоточили и за одно мгновение кожа превратилась в идеальную. И только сдерживаемый стон за спиной показал ей каких сил это все стоило. Ее ангел ослаб совсем, крылья уже не могли сдерживать девушку. Она распрямилась во весь рост, аккуратно отведя крылья.
- Ты еще не поняла, почему его крылья тянутся к твоим ладоням? – и он опять расхохотался.
Рана на руке закрылась, словно ее не было.
- Люциан! Я могу спасти тебя! – она стала искать когти Она поняла. Но кровь где взять кровь. С силой прикусила губу, но это маленькая капелька не спасет его. И ранка мгновенно стянулась. Опять ангел, отдавал ей последние силы. Она посмотрела на свои ногти, покрытые гелем, они вновь были красивы ухожены и идеальны – ими точно ничего себе не расцарапаешь.
- Крылья! У него на крыльях есть острые когти! Попробуй!
И прежде чем ангел успел хоть что-то сделать, она схватила крыло, и действительно, как она не заметила этого раньше, острые как лезвие когти. Она что есть силы провела по руке и кровь не заставила себя долго ждать. Туда куда капали капли, крылья вновь приобретали белоснежный цвет и шевелились, словно от ветерка.