Наконец, потрясенная и задыхающаяся, она слегка отстранилась от него, чтобы заглянуть в любимое лицо. Светлые слезы блестели у нее на глазах, лицо пылало от пережитого страха. Волнение перехватило ей горло, и он смогла лишь прошептать:
– Джекоб, клянусь, если такое будет часто повторяться, я буду больше времени проводить за молитвой, чем если бы осталась в монастыре! Я думала, у меня сердце разорвется от ужаса!
Ее слова поразили его. Где были суровые упреки, гнев, ругань, которых он ждал? Он всматривался в ее лицо и видел слезы, но это были слезы радости, слезы облегчения. Могло ли случиться, что она смирилась с опасностями его судьбы? Неужели она начала хоть немного понимать и принимать эту сторону его жизни и характера? Неужели любовь ее оказалась так велика, что смогла устоять даже перед этим ужасом, неужели она сумеет любить его, несмотря на его недостатки и ошибки, несмотря на то, что презирает всяческое насилие? Неужели Бог так добр к нему, что послал ему подругу жизни с такой всепрощающей душой?
Сердце подскочило у него в груди. Нет на свете другого такого счастливого и везучего человека, как он! Вера Тори в ее молитвы и в Бога внесли смирение в его душу. Слезы жгли глаза, и он крепче прижал ее к себе. Небольшая, почти незаметная выпуклость ее живота, прижимавшегося к его телу, напомнила ему о ребенке, которого она носила, их ребенке, чья жизнь, возможно, поставлена под угрозу пережитым ею страхом.
– С тобой все в порядке? – мягко спросил он, вглядываясь в нее.
Она вымученно улыбнулась ему, и губы ее задрожали от этого усилия.
– Если перестану наконец дрожать, то будет совсем хорошо. Но, как бы там ни было, прошу тебя, не попадай больше в такие ужасные ситуации. – Как ребенок? – ласково осведомился он, и рука его, скользнув между ними, легко легла ей на живот.
ГЛАВА 19
Поезд замедлил ход перед остановкой на станции к югу от Санта-Фе. Джейк вытащил из жилетного кармана часы и посмотрел, который час. Его пальцы погладили блестящую золотую цепочку, на которой они висели, подарок любящей жены. Она подарила цепочку после дуэли – как знак своей любви, и он всегда будет хранить ее, как самое дорогое сокровище.
– Опаздываем против расписания только на шесть минут, – сообщил он с широкой улыбкой, сразу согревшей ее сердце. – Если на ранчо получили мою телеграмму, кто-то будет нас здесь встречать.
– Вот мы и дома! – удовлетворенно вздохнула Тори, кладя правую руку мужу на плечо. Ее безымянный палец украшало кольцо с изящной розочкой из слоновой кости. Изысканная резная красота ее повторялась в ожерелье, которое она выбрала себе в Новом Орлеане, – с одним отличием. На ободке кольца розу с двух сторон украшали два крохотных изумрудных листочка, а в самом сердце цветка, притаившись среди тонко вырезанных лепестков, сверкал маленький рубин.
Они очень повеселились, столкнувишсь однажды у лавки ювелира, куда оба пришли в один день, чтобы купить друг другу эти подарки. Вручая свой, Джейк сказал, что хочет, чтобы у нее было собственное кольцо, и именно от него, ведь обручальное перешло к ней от Кармен. Он назвал его «кольцом ее любви», и Тори тихо заплакала светлыми сияющими слезами, когда он надел свой подарок ей на палец. Откуда он узнал, что, хотя она любила свое обручальное кольцо и всегда будет любить и хранить, ведь его дала мама, все-таки ей иногда хотелось, чтобы у Джекоба тогда хватило времени выбрать кольцо, которое предназначалось бы именно ей, выбрать самому, с любовью и вниманием? Теперь это ее желание тоже исполнилось.
Когда они сошли с поезда, их встречали Блейк и Мегэн.
– Как прошел медовый месяц? – спросила Мегэн, и взгляд у нее был таким же понимающим, как и у Блейка.
– Волнующе, – ухмыльнулся им в ответ Джейк.
– Чудесно, – добавила Тори. – Но вернуться домой тоже прекрасно.
Пока мужчины брали багаж и грузили в фургон, Мегэн расспрашивала о Новом Орлеане, она хотела знать все.
– Но сначала расскажи, как ты? Надеюсь, тебе не слишком было плохо, чтобы потерять вкус к развлечениям?
– Плохо? – переспросила Тори.
– Утром не было плохо, не тошнило? – интересовалась Мегэн. – Слабость? Обмороки? Все, что бывает в первые месяцы, когда ждешь ребенка?
Тори покачала головой.
– Я чувствовала себя прекрасно. Иногда немножко мутило, но ничего особенного.
– Ты счастливая женщина! – позавидовала Мегэн. – А я эти последние недели чувствовала себя особенно паршиво. По-моему, мне досталась еще и твоя доля.
Казалось, они с Джекобом отсутствовали целую вечность, а не несколько недель, и у Тори была масса своих вопросов.
– Как там мама?
– Ты даже удивишься, насколько ей лучше, – предсказала Мегэн с гордой улыбкой. – Она хотела ехать к поезду, но мы с трудом убедили ее остаться на ранчо. Она вас ждет не дождется. И ты никогда не догадаешься, что еще тут происходило, пока вас не было. У твоей матери появился новый поклонник!
– Что? – изумилась Тори. – Кто?
Мегэн захихикала, глядя на ошеломленное лицо Тори.
– Ваш сосед, мистер Эдвардс.
И она с жаром начала рассказывать о подробностях намечающегося романа.