В моей руке появились садовые ножницы. Я попыталась обрезать ветви, но ничего не вышло. Все равно, как резать железо железом. Внутри меня поднялся гнев. Да что это такое!!! Я создала в руке огненный кинжал и осторожно перерезала лозу. Человек застонал. Наверное, мой кинжал достал его кожу. Я бегло осмотрела кожу в поиске ожогов. Но ничего не нашла. Если не считать старого, давно зажившего, около ключицы. Но мужчине было больно, я это видела.
Я резко встала на ноги. Моя рука коснулась лба мужчины, пытаясь определить, что происходит. Я попыталась пробиться к нему в сознание, но как каменную стену встретила. Сплошной и прочный лед. Вот это да! Никогда не видела, чтобы в беспамятстве человек удерживал заслонку от чтения мыслей. Интересно… "Хватит, Чехова! Тут вообще-то человеку плохо!" Я вздохнула и попыталась снова пробиться сквозь заслон. Не получилось, снова. Вот проклятье! Я гневно фыркнула. Гадство! Сделала же мне жизнь такую подставу! Забросила незнамо куда, прибавила силы, да до кучи больного израненного человека! Идиотизм…
Внезапно цепь обожгла мне пальцы. Я вскрикнула и отскочила. Зараза!.. Стоп. Может, именно это причиняет боль? Дура я! Надо было с самого начала снять цепь! Я сжала её руками, пробормотав заклинание. Потом спокойно хотела посмотреть, как она упадет. Но ничего не произошло. Цепь как висела, так и осталась висеть. Ничего нового. Я разозлилась. Ну все… В мозгу всплыло древнее заклинание, которому меня научила бабушка.
Я сжала цепь двумя руками, ощущая, как начинает жечь кожу.
"…не будет ничего кроме огня. И призраки прошлого повинуются мне. Явится демон огня и позволит мне использовать его умения. Раз за разом, сквозь огонь…" — почти прорычала я эти слова на древнем языке.
Цепи раскалились еще больше и рухнули вниз. Я поспешно отняла руки, вызывая магию исцеления. Надо будет сказать спасибо бабушке…
Мужчина стал сползать вниз. Я напряглась и поставила его в сидячем положении. Только бы он нормально очнулся… Сейчас же, после такой отдачи, мой мозг тихо плавился. Боже, за что мне такое?..
Я закрыла глаза. Все поплыло, стало все равно, куда идти. Какая разница? Ух! Ну, если я умерла, то до конца времен буду являться Ольге во снах! Я устало уткнулась лбом во что-то твердое. Наверное, столб. Все равно… У меня создавалось такое впечатление, что я сижу в душном автобусе жарким летом. Солнце печет, вентиляторы не работают. Жуть какая…
"Таис! Таис! Давай же, возвращайся!.."
Я сглотнула и сильнее уткнулась во что-то. Чей это голос? Таких не знаю. Причем, сейчас уже все равно…
"Таис! Борись! Слышишь, борись!.."
Зачем? Мне и тут неплохо.
Внезапно то, во что я так уютно уткнулась лбом, зашевелилось. Я вскрикнула. Этим "кем-то" оказался тот мужчина. Да, меня действительно заморило… Пару секунд я ошарашено смотрела на него, потом опомнилась. Что теперь, волноваться до скончания дней? Из-за того, что моя голова полежала на груди чужого мужчины? Как сказала бы Нея: "Это не причина, чтобы не мыть голову целый год. Вот если бы на том месте оказался знаменитый актер, например, Тайлер Лотнер или Ян Сомерхалдер* — то да, от этого можно сбрендить.
Мужчина стал приходить в себя. Он поморщился. Я едва не засмеялась от этой гримасы.
"…Таис, сейчас мы тебя вытянем. Держись…"
Моя голова закружилась. Я узнала голос Феба. Ну все. Мне конец. Он меня точно убьет, когда вытащит. Я обернулась к исчезающему мужчине. Ему-то хоть легче становится? Вроде да. Славно. Его контур таял, растворялся. Или это я исчезала?
"…еще чуть-чуть. Не сопротивляйся. Давай, иди назад!.."
Мужчина приоткрыл глаза. Я с удивлением обнаружила, что они странного то ли синего, то ли фиолетового оттенка. Он сконцентрировал внимание на мне и удивленно выгнул брови.
— Ты?.. — прошептал он.
Я не могу передать, сколько удивления, оскорбленного достоинства и поразительной злости было там. Я хотела спросить его, как он себя чувствует, но уже почти растворилась.
"…быстрей! Тащи её!.."
Мужчина ошарашено взглянул на цепи, лежащие около него.
Это было последнее, что я видела…
Что-то шершавое коснулось моей щеки. Я открыла глаза и увидела перед собой заостренную голову Гарда. Дракончик что-то профырчал и стал устраиваться на моей груди.
— Очнулась? — сухо просили меня.
Я попыталась оглядеться, но ничего не увидела. На столе тускло горела свечка, а в кресле-качалке сидел говорящий. Постепенно я стала понимать, кто это мог быть.
Феб.
— Да, где…
— У себя. Ты не узнаешь? — Феб подошел ко мне.
— Я… просто голова кружится. — Призналась я.