Шелковистые, вьющиеся черные волосы, большие голубые глаза, розовые щечки, розовые губки, розовые соски. Сюзанна… такая милая, дорогая сердцу, мягкая, теплая… Она принадлежит ему, и никакой Пэккард не убьет его, прежде чем он доберется до нее, и не тоннель, не… — тут голова мужчины неожиданно уперлась в стену.
Действуя с величайшей осторожностью, он протянул правую руку, в левой зажав ружье. Словно слепой, Арон ощупал стену справа, слева и впереди себя, затем, едва дыша, положил ружье и встал на колени, шаря рукой по потолку, — дерево, грубое и старое, но все еще крепкое. Прикладом ружья Арон попытался приподнять дерево, Надеясь, что это люк. Действуя сначала осторожно, он ничего не добился, однако большее усилие привело к тому, что приклад прошел сквозь дерево, и на лицо мужчины посыпались труха и грязь. Глаза заслезились и защипали. Корт потерял способность соображать. Если попробовать приподнять люк, то можно шумом привлечь внимание Пэккардов, а находясь все еще в ловушке, он был не способен отразить нападение. Однако, с другой стороны, если не попытаться выбраться в ближайшее время, то силы могут совсем его оставить. Сжав зубы, Корт начал долбить дерево над головой, делал это до тех пор, пока не образовалось отверстие, в которое проходило его тело. Выбросив в дыру ружье, Арон, ухватившись за расщепленные края, постарался выбраться наружу, однако прогнившее дерево, не выдержав, рассыпалось, и он, раня руки, рухнул обратно в тоннель. Не обращая внимания на боль, адвокат сделал другую попытку, затем третью. Не теряя времени даром, он настороженно вглядывался в темноту и вслушивался, опасаясь, что подозрительный шум привлечет внимание Пэккардов, в упоении наблюдающих за его горящим домом. Прыгать обратно в темный, грязный тоннель ему не хотелось.
Когда, наконец, он выбрался целиком, зажав в окровавленной руке ружье, то долго лежал, распластавшись среди деревьев, жадно дыша чистым весенним воздухом. Из глаз его катились слезы, орошая землю. Прошло немало времени, прежде чем адвокат смог разглядеть луну, спрятавшуюся среди стволов. Пэккардов не было ни слышно, ни видно. Вскоре к нему вернулась способность думать, и Корт начал рассуждать о сложившейся ситуации.
Мужчина лукаво усмехнулся. Если Пэккарды все еще поблизости, то наслаждаются своим триумфом: их враг либо сгорел, либо задохнулся в дыму. Возможно, они ждут его криков. Корт осторожно перебрался в тень дерева, и когда глаза привыкли к темноте, решил двинуться дальше. Теперь ему некуда торопиться. Если бандиты все еще там, он достанет их. Прячась за деревьями, адвокат осторожно продвигался к своему дому, обходя поляну по кругу. Пройдя половину, Корт услышал голоса:
— Думаешь, он задохнулся в дыму?
— Похоже на то, — отозвался другой. — Плохо то, что он не сгорел.
— Джоб предупредил, чтобы мы удостоверились. Черт, возможно, придется сидеть здесь до тех пор, пока чертова хижина не сгорит.