Квинси, решивший хорошенько выспаться в выходные, пришел в ярость, узнав, что бандиты похитили девушку, и согласился с планом Арона, добавив, что две головы лучше, чем одна.
— Если бы я держался подальше от нее, то она не попала бы в беду, — гневно проговорил адвокат. — Я подверг ее жизнь опасности, но я и спасу ее.
— Если уж на то пошло, — сухо заметил Эбнер, — то помни, что мне платят за безопасность мисс Моран. Если бы я не пьянствовал у Лилит, Сюзанна не попала бы в их руки. Ладно, от того, что мы здесь болтаем, ей лучше не станет. Надо иметь в виду, что вдвоем больше шансов вызволить девушку. Если тебя убьют, я могу вывести ее из долины. Имей в виду, это не завтрак на траве. Конечно, хочется выйти из этой переделки вдвоем, прихватив с собой пленницу. Если за нами пустят погоню, один может отвлечь на себя их внимание.
— А кто возьмется за организацию второй спасательной экспедиции, если первая провалится?
— Остается надеяться на Лилит и на Мондрагона. Надо тебе отправиться в долину и разведать, где Сюзанна спрятана. Это надо узнать до темноты. Я сейчас пойду к Лилит, чтобы рассказать ей все, а с тобой давай договоримся встретиться на закате у железнодорожной ветки, ведущей на юго-запад.
Корт, думая о своем, долго молчал, потом, наконец, ответил:
— Хорошо, значит, на закате.
— Эй, держи себя в руках, — сурово проговорил Квинси. — Гнев не поможет вызволить ее из лап бандитов, зато разум — как раз то, что надо.
Адвокат, придя в себя, поднялся с места.
— Сейчас надо проведать Клару Шмидт. Обыскивая комнату Сюзанны, я даже не удосужился узнать, как она. Один Бог знает, что они делали с ней.
Когда Корт, наконец, ушел, передвигаясь с грацией смертельно опасного хищника, Квинси подумал о том, что Джоб совершил ошибку, возможно, самую большую в жизни, решив воспользоваться Сюзанной, чтобы поймать Арона в ловушку.
Глава XXXV
Сюзанну держали под замком в дальней комнате хижины. Она провела там целое утро — дрожащая, испуганная и переполненная отчаянием. Хотя весна уже вступила в свои права, и снег везде, за исключением шапок гор, растаял, но утром по-прежнему было холодно. Девушка, которую вытащили прямо из постели, не могла ничего найти, чтобы согреться. Рядом не было ни одеяла, ни платья, ни камина. К душевным мукам прибавились физические, что угнетающе действовало на психику. Время от времени до нее доносились веселые голоса головорезов, наперебой советовавших Иеремии, что следует сделать с пленницей, когда та попадет в его руки. Это будет развлечением для него, оскорблением для нее и расплатой Арону Корту за вмешательство в дела Пэккардов.
Поначалу их слова повергали девушку в ужас, вызывая приступы тошноты, однако вскоре страх сменился отчаянием и решимостью. «Нужно что-то предпринять, — думала она, — чтобы сбежать до того, как придет Арон. Если он, конечно, вообще придет. Лучше, если этого не случится, ибо в этом случае жизнь его будет спасена и ее участь может облегчиться. Однако надеяться на непорядочность Арона не стоит. Он обязательно придет. Только бы не один, только бы с большим отрядом, в составе которого были бы Квинси, Мондрагон и его крутые парни, охранявшие „Падший ангел“. Пусть в составе отряда будут мужчины, перестрелявшие Пэккардов во время недавнего происшествия на железной дороге».
Подобные мысли роились в голове девушки, пытающейся согреться и ходившей из угла в угол.
«Однако мне нужно самой что-нибудь предпринять», — думала она, оглядывая комнату.
Единственное окно находилось почти под потолком, мебели не было, так что в качестве оружия использовать оказалось нечего. За дверью находились бандиты, отпускавшие в ее сторону сальные шуточки.
Наконец, мисс Моран вспомнила о Боге.
— Бог мне поможет, — попыталась она заверить себя. — Он не позволит им причинить вред мне или Арону.
Упав на колени, Сюзанна, заливаясь слезами, начала молиться, чтобы Всевышний послал ей какое-нибудь оружие, которое можно использовать против Пэккардов.
Джоб Пэккард, застав пленницу за этим занятием, не на шутку рассвирепел:
— Вставай! Бог не станет помогать таким, как ты!
Сердце Сюзанны радостно забилось при виде разгневанного главаря. Она послушно поднялась, заявив:
— Бог слушает меня и защитит от вас, ибо вы — зло. Зло!
Девушка повысила голос, и старик, побледнев от страха, схватил ее за плечо и вытолкал из комнаты.
— Ты будешь работать, стерва! — заорал патриарх. — Ты теперь собственность Пэккардов! Заставь ее работать, Мерримей, — обратился он к невестке, вдове Элиаса.