— Запри девчонку, — раздался властный голос старика.
Девушка испуганно вскинула голову. Злодей снова собирается упрятать ее в ту грязную каморку. Она так и не дождалась, пока им станет плохо. Надежда убежать становилась весьма призрачной. Даже если Джоб, Иеремия и остальные бандиты умрут, Сюзанна будет по-прежнему заперта в лачуге. Останутся другие Пэккарды, которые убьют Арона. Упав на колени, пленница закричала:
— Боже, прошу тебя, покарай их сейчас!
— Уберите ее отсюда! — закричал Джоб. Остальные бандиты, открыв рты, уставились на нее — пленница до этого молчала, словно набрав в рот воды.
— Пожалуйста, Боже, — плакала она. — Покарай Иеремию, покарай…
— Па… — Иеремия упал на колени рядом с ней.
— Что ты делаешь, мальчик? — возмутился патриарх. — Поднимись, ты молишься вместе с ней за свою собственную…
— Па… — лицо мужчины побледнело и покрылось потом, руки судорожно сжали живот. — Па, я не могу…
— Вставай.
— У меня внутри все горит.
Иеремию начало рвать.
Сюзанна, по-прежнему стоя на коленях, расширенными от ужаса глазами смотрела на него, затем, отбросив с лица волосы, благодарно проговорила:
— Спасибо тебе, Господи.
Джоб с ужасом взирал на пленницу, в то время как его сын упал лицом в собственную рвоту.
— Мерримей, взгляни на своего родственника, что с ним? — приказал Люк.
— Спасибо тебе, Господи, спасибо, — продолжала шептать Сюзанна.
— Да она ведьма! — в суеверном ужасе зашептал Джоб. — Я всегда говорил, что похищение женщины — вещь опасная. А ты, Люк, настаивал на этом, и вот мы притащили ведьму в нашу долину.
— Эй, старина Джоб, успокойся. Она всего-навсего девчонка, — пытался утихомирить его кузен. — Обычная девчонка.
— Ведьма! Она ведьма!
Патриарх продолжал смотреть на Сюзанну, не обращая внимания на стонавшего на полу сына. Девушка, обхватив себя руками, раскачивалась взад-вперед, сидя на полу, глядя на Иеремию расширившимися от ужаса глазами, из которых струились слезы.
— Заприте ее в хижине, — потребовал старик.
Люк и молодой мужчина схватили мисс Моран и потащили ее, упирающуюся и кричащую, из дома Джоба.
— Я сожгу тебя! — ревел патриарх. — Ты ведьма, колдунья проклятая! Ты сгоришь! Завтра же!
Он уже начал чувствовать жжение в желудке, но старался не придавать этому значения и повернулся к сыну, скорчившемуся на полу у ее ног.
— Я сожгу ее, Иеремия, — пообещал старик. — Это не Божьих рук дело, это все она, проклятая ведьма. У, ведьмино отродье! Приведите того доктора, что мы привезли для Исайи.
— Мы отпустили его, когда Исайя умер, — напомнила ему Мерримей. Она склонилась над братом покойного мужа, не в силах ему помочь.
— Говорил я Элиасу оставить Корта в покое, — бормотал Джоб. — Тот ослушался меня, и где он теперь? Мертв. И все остальные, что проявили неповиновение, там же. А теперь среди нас ведьма. Она и на меня наложила проклятье!
— С Иеремией все будет в порядке. У него просто болит желудок.
Мерримей не верила в ведьм, ибо прожила много лет в долине Пэккардов.
— Ведьма, — продолжал шептать Джоб, бледный от ужаса.
Глава XL
— Ах, мерзавцы, — возмутился Корт, наблюдая в бинокль за лагерем Пэккардов. Даже в темноте он продолжал усиленно изучать местность, освещаемую лунным светом и отблесками костров. Ему нужно было знать, когда Сюзанна выйдет из дома Джоба и где какие Пэккарды разместятся на ночь.
— Что такое? — нетерпеливо спросил Квинси.
— Сюзанна. Боже мой, что они делают с ней?
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду?
— Она сопротивляется и кричит.
Квинси вздохнул:
— Слава Богу, что еще жива.
— Однако они ее тащат вдвоем. Что там произошло?
— Не думай об этом, — резко оборвал его Квинси. — Стоит у дверей стража?
— Да.
— Тогда мисс Сюзанна останется там на всю ночь. Надо подойти поближе. — Эбнер собрал оружие. — Я спущусь к следующему укрытию и буду наблюдать. Дай мне пятнадцать минут, тогда и начинай.